"

"Клава и правда за последний месяц очень сильно изменилась, она сходила в парикмахерскую и поправила свою вынужденную стрижку, от этого она стала еще лучше. Из-за того, что она вдруг стала резко худеть, пришлось поменять полностью гардероб, и она в этот раз подошла к его выбору с душой и чувством прекрасного. Косметика теперь появлялась у нее на лице каждое утро, причем макияж был настолько профессиональным, что секретарь Инна Викторовна, восхищенно причмокивая, не верила, что она красится сама. На работе шептались за ее спиной, говоря, что их «мымра» наконец влюбилась, но все было не так. Месяц назад Карл уехал со словами: «Все будет хорошо, верь мне», – и больше не позвонил ей ни разу. Самой набрать девять цифр на телефоне или спросить у Сеньки было ниже ее достоинства. Клава понимала, что так и должно было быть, они с Карлом совсем не пара. Сенька же, наоборот, ходила очень счастливая, у нее появились модные вещи, а самое главное, отец, которому она названивала по пять раз на день, в отличие от Клавы, совершенно не стесняясь.

– Сенька, какая ты, – Боря долго подбирал слово, – взрослая и модная стала.

– Называйте меня Есения, – поправила его Сенька, узнав о своей испанской прабабушке, которой так восхищался ее отец, она тут же полюбила свое когда-то ненавистное имя.

– Значит, теперь Есения, – это Марина подошла к ним. – Ты знаешь, а это правильно, помнишь, как у капитана Врунгеля: как вы яхту назовете, так она и поплывет. Есения – это достойное имя для красивой девушки. Ну, где Ярик, хотела его поздравить.

– Он у экспозиции, – сказала Клава, – переживает, что-то там с табличкой, то ли повесили ее не так, то ли что-то написали не то.

– Ты слышала, Нюрка приехала, – решила посплетничать Марина. – Приглашение на открытие выставки они мне вдвоем привозили. Не знаешь, как он ее уговорил?

– Запросто, – улыбнулась Клава, – она приехала с Ларисой. Ярик сдался, но, надо отдать должное, отбил барсука, против которого была его избранница.

– Ну, это он мужик, конечно, – похвалила Ярополка Марина.

– Мариночка, а ведь мы с твоим отцом открываем винный завод, так что я тебе теперь почти родственник, – засмеялся Борис, – и на правах родственника спрашиваю: Филиппка где?

– Во Франции, каждый день мне звонит, пишет, фотки шлет, зовет к себе. Говорит, что у французов есть пословица: Всю первую половину жизни мы ждем вторую, а всю вторую вспоминаем первую. Вот уговаривает ничего не ждать и не вспоминать, а начать пробовать быть счастливыми сейчас.

– А ты? – спросила Клава.

– А я билет купила, завтра лечу.

Тут всех пригласили пройти в зал новой экспозиции, у яркой ленточки алого цвета стояли директор музея, красивая женщина средних лет, и Ярик в костюме, белой рубашке и бабочке.