— Я считаю, что ты можешь быть мне полезна. Запирать тебя в камере бессмысленно. Поэтому будешь обитать здесь на моих условиях.

— Каких? — прищурилась я.

— Давно ищу домработницу, — ответил герцог и улыбнулся. Я тоже хохотнула.

— Смешно, — кивнула я. — Значит, не скажете?

— Я сказал, — добавил Арренский уже серьезным тоном. — Будешь следить за домом: стирать, убирать, мыть посуду.

— Вы издеваетесь? — теперь мне не до смеха. — У самого герцога Арренского нет в доме слуг?!

— Почему же? Слуги есть, но все они — соглядатаи императора, — цокнул языком герцог. — А ты своя, ручная, — признался он с нежнейшей улыбкой на губах. — Никому ничего лишнего не расскажешь. Да и к тому же, криминальным элементам трудотерапия идет только на пользу. Поверь моему опыту, — подмигнул мне Арренский.

— Пускать в свой дом преступницу и вверять ей хозяйство? — покачала головой я. — А вы не боитесь, что я вас отравлю?! — опрометчиво говорить такие слова в лицо самому главе тайной полиции.

— Не боюсь, пока на тебе моя бижутерия, — вздохнул герцог, ничуть не смутившись. — Мои распоряжения на завтра, — он начал отдавать поручения, и браслет на моей руке послушно нагрелся. — Вымоешь полы, всю посуду и наведешь порядок на кухне.

— Я?! — вырвался у меня изумленный возглас. — Мыть?! — взвизгнула, не веря своим ушам. Я умею готовить, но я в жизни не вымыла ни одной ложки!

— Ты! — в тон мне ответил герцог. — Дочиста, — припечатал он, глядя мне в глаза. — А сейчас спать, — деспотично приказал он.

— Ненавижу! — выдохнула я ему в спину. — Вы тиран!"

"— Следи за языком, девочка! — грозно воскликнул Арренский, оборачиваясь. — Я мог бы отдать тебя на казнь, но прошу лишь о помощи по хозяйству! Тоже мне, принцесса выискалась! — презрительно фыркнул он. — Труд усмиряет и воспитывает! Подумаешь над своим поведением, — герцог начал подниматься по лестнице, а я так и осталась стоять, сверля взглядом его спину. — Хочешь спать на придверном коврике? — крикнул он через плечо. И ведь не шутит.

Пришлось подняться вслед за ним на второй этаж. Здесь он проводил меня в самую дальнюю комнату и показал мои новые покои. Небольшая, но чистая комната, явно сделанная для прислуги. Из мебели лишь самое необходимое: узкая кровать и маленькая тумбочка. Всё. Занавеска на окне, небольшой цветок на подоконнике и осветительный прибор. Аскетично, ничего не скажешь. Но все равно лучше, чем сырая темница.

— Располагайся, — произнес герцог.

— Благодарю, — выдавила я, прикидывая на глаз, влезут ли в тумбочку мои скромные вещи. Она такая маленькая, что ее можно принять за обувницу.

— А по тебе не скажешь, что ты благодарна, — герцог заметил мой кислый вид. — Не нравится комната?

— Нет, комната хорошая, — я выдавила из себя улыбку. Нужно уметь быть благодарной.