"

"Максан с Рином Тайгером продолжают беседу о том, чьи, в итоге, должны быть склады, второй, никак не обозначенный участник переговоров просто стоит рядом и периодически весело скалится, показывая пугающих размеров белые клыки, а я спокойно и с чувством собственного достоинства отступаю на шаг, держу в руках схему “Ортана” и внимательно вслушиваюсь в диалог. Надо сказать, что понимаю я немного, речь идет о каких-то площадях, чрезмерно избыточных для “Ортана”, по мнению Тайгеров, и каком-то там приоритете, который имеется, потому что тема эта всегда была связана с Тайгерами, и нечего в нее лезть своими серыми мордами… Периодически разговор переходит в плоскость завуалированных оскорблений и подначек, суть которых я не особо улавливаю, да и не стараюсь, классифицировав их, как идущие из поколения в поколение. Кошки с собаками, да… Кошачьи и волчьи. Вряд ли поладят. Удивительно, что тут, на таком маленьком, тесном пятачке города, до сих пор не случалось чего-то поистине кровавого, какого-нибудь жуткого дележа территории. Даже у нас, в, как я теперь понимаю, вполне себе однородном человеческом обществе, всегда какие-то происшествия, перекраивание границ, интересов и прочее. Люди не могут договориться по-человечески… А что говорить про настолько разнородных существ? Конечно, Марх говорил, что тут, в городе, действуют жесткие законы, и любые немотивированные вспышки агрессии наказываются жестоко. Кстати, а здесь полиция есть? Должна быть… А кто у нас за полицию отвечает? Волки? Тигры? Или еще кто-то?

Как-то сразу меня в гущу событий окунуло, толком и не огляделась даже…

И теперь вот, если встреча опять перестанет быть томной, куда бежать? У кого искать защиты?

Обдумываю это все, на автомате прислушиваясь к разговору и чувствуя себя крайне неуютно под периодическими внимательными взглядами тигра-насмешника. Кажется, ему куда интересней на меня смотреть, чем отстаивать право на складские портовые территории совместно с Рином Тайгером.

Взгляд этот, неприятно насыщенный, отвлекает, и меня тянет спрятаться за спину своего босса. Почему-то мозг воспринимает его защитой. Хотя, тут странного ничего нет. Максан — зло знакомое, а эти желтоглазые хищники — нет.

Максан, как мне кажется, тоже что-то чувствует и напрягается дополнительно еще и из-за этого, хотя я изо всех сил стараюсь не отсвечивать, и без того воссияла излишне ярко.

— Думаю, аукцион покажет, у кого больше здесь интересов, — внезапно завершает разговор Максан, — а пока прошу покинуть террирорию.

— Она не твоя еще, так что не командуй, — ожидаемо ощетинивается Рин Тайгер, — и то, что вы смогли как-то повлиять на перенос сроков…

— Это обвинение? — тут же реагирует Максан, и Рин скалится жестко:

— Нет, конечно! Это — реальность.