– Ты с ума меня сводишь!

– Не я, а второй месяц воздержания тебе крышу сносит, – возразила, не открывая глаз.

И мне заодно. Не думала, что отказывая ему в брачной ночи, придется добровольно дать доступ к телу. Спали мы в обнимку, и поцелуи были утром, днем и вечером, когда выпадала возможность. Таким образом, мы могли около десяти часов провести порознь, ну и еще два, пока боль от татуировок постепенно нарастала.

Я осознавала, что он планомерно приручает меня к себе, к своим рукам, ласкам, незаметно позволяя себе раз за разом чуть больше. Обоюдное желание нарастало так же неотвратимо, как прилив, и я гнала мысли о том, что однажды его волна захлестнет нас, заставив забыть обо всем. И тогда Тим не сможет сдержаться, а я в порыве страсти забуду о страхе сделать наш брак необратимым.

Окончательно забить на все и сдаться не позволяли упрямство и гордость. Предаться любви все же хотелось с мужчиной, которому я интересна сама по себе и которому нравлюсь. Между нами же речи о чувствах не шло, да я бы и не поверила его словам после всех колких замечаний в мой адрес. И что получается в сухом остатке? Чисто физиология. У него вынужденное воздержание, а при таком раскладе на любую половозрелую особь женского пола стойку сделаешь. Я же хоть и девственница, но не железная ведь. Тело реагирует, когда его целуют и ласкают, и от этого никуда не деться.

За свое более чем правдивое замечание я получила укус за подбородок, властный поцелуй в губы и обещание вернуться и разобраться в этом вопросе подробно. С чувством, с толком, с расстановкой. Никуда не спеша.

Зараза! Припомнил мои же слова."

"– Уже уходишь? У вас же встреча назначена в обед.

– Хотим еще раз проверить местность, чтобы не было засады. Если переговоры о сдаче пройдут успешно, мы скоро вернемся домой.

– Угу… – неопределенно хмыкнула я. Мне хоть и поднадоело мотаться в походе без нормальных удобств, но возвращаться во дворец не сильно хотелось. Здесь была свобода, а там правила, этикет, обязанности.

Меня еще раз крепко поцеловали, сжав в объятиях, и нехотя отпустили.

Король поднялся с ложа. Утренний свежий воздух тут же проник под одеяло, заставив меня поежиться и плотнее укутаться, сохраняя тепло. Но без горячего тела Тима все равно стало зябко.

Приоткрыла глаза, наблюдая, как он достает из сундука одежду. Вспомнилась наша первая встреча. Казалось, с того времени море воды утекло.

«Ну да, сейчас он не возмущается, что за женщина в его постели», – хмыкнула про себя, следя, как супруг по-военному быстро одевается.

– Не смотри на меня так, иначе я никуда не уйду, – поймал он меня за подглядыванием.

Сердце неожиданно сжалось. Захотелось его удержать рядом с собой, в постели без него было не так уютно.