Это Обнимашкин кувыркается! Наш малыш!

– Хей, – шепчу я тихонечко, самой себе словно. – Ну привет, маленький. Я так тебя жду.

Вновь движение. Ох!

– Что случилось? – сонно шепчет Матвей.

– Тише. Почувствуй.

Я беру его руку и кладу на живот. Замираю. Минута тянется, вторая.

Потом раз и снова — крошечный, едва уловимый толчок.

Матвей вздрагивает, приподнимается на локте и смотрит на меня ошарашенно.

– Чувствуешь? – шепчу я. Вытираю глаза. Боже, опять реву! Гормоны с ума сводят, но это невыносимо мило. То, что сейчас происходит.

– Еще как чувствую, Юль. Это же он, да?

– Или она, – киваю. – Представляешь!

– Офигеть, – шепчет Мот, окончательно проснувшись. – Просто офигеть!

Демонстрирует мне предплечье. Темные волоски дыбом стоят.

– И у меня мурашки, – шепчу. – Большой уже он.

– Или она.

– Да.

– Ну–ка еще!

Матвей вновь укладывается поудобнее, бережно устраивает ладонь, словно греет нашего ребенка. И меня заодно. Целует в шею.

Вновь тянутся минуты. Когда мне кажется, что Матвей вместе со своим ребенком заснули, опять ощущаю едва уловимый толчок.

– Он голодный, – бодро спохватывается Мот. – Пошли скорее кормить ребенка. Человек уже толкается, а эти двое всё лежат и умиляются. Пипец родители!

Прыскаю.

– Пошли, – киваю быстро.

– Что ты будешь? Кашу, омлет?

– Хлопья!

– Это не еда.

Встаю на ноги, бегу умываться, а сама словно лечу на крыльях. Молюсь искреннее, Боже, хоть бы доносить и родить в срок. Хоть бы у мен всё получилось! Как же мы его любим!

Глава 47

В два часа у меня последний экзамен, и чтобы немного успокоиться и не нервничать так сильно, я решаю заняться уборкой. Разложить вещи по новым шкафам, перестирать шторы. Ужасно хочется чистоты, свежести! Никогда не болела уборкой так, как в последние недели. Иногда не верится, что всё это со мной происходит. Меняюсь. Хотя, наверное, все мы меняемся, и это неплохо. Лишь бы в лучшую сторону.

На той неделе мы с Матвеем закончили ремонт в большой спальне, но решили, что переедем туда лишь после свадьбы. Ждать недолго — всего три дня, вполне можно вытерпеть. Будет у нас брачная ночь на новом месте, всё по правилам!

Забираюсь на стул и перебираю летние вещи, как вдруг из свернутой футболки Матвея выскальзывает что–то маленькое, но тяжелое. Падает на пол, блеснув в в дневном свете.

Прищурившись, я слезаю с табуретки, наклоняюсь и поднимаю небольшое увесистое украшение. Впиваюсь в него глазами.

Да ладно!

Это кулон. Тот самый листочек, который я выбрала для подруги Матвея в тот день нашей случайной встречи в торговом центре!

По–прежнему с биркой. Абсолютно новый.

Кручу в руках, верчу. Может, показалось?

Да нет, он это. Ошибки быть не может. Судя по всему Матвей попросту засунул безделушку в шкаф, а потом, видимо, забыл куда. Не нашел. Стискиваю зубы.