Дарья всё-таки смогла организовать повод для срочного визита официальной делегации — обсуждение пограничного вопроса. Намекнула, что Рюриковичи готовы его урегулировать и отправляют дипломатов для предварительных консультаций.

Вэтот раз пришлось лететь дипломатическим бортом — негоже заявляться на переговоры под пологом невидимости и на костяных драконах. К тому же, я почему-то был уверен, что центр Стамбула, где находился интересующий меня музейный комплекс, защищён ничуть не хуже Пекина. Пусть, князья и утверждали, что в столице Османской империи почти нет древней силы, но для выстраивания эффективной системы обнаружения, не требуется старая мощь.

Хватит и артефактов, созданных сильными Одарёнными, которые по рангу равны Оболенскому.

К тому же, защита самого музея такова, что пробиваться через неё можно долго. Проще использовать обходной путь — уверен, у султана имеется ключ, который легко откроет проход внутрь. В конце концов, это его земля. Даже если за первой линией обороны, имелся ещё один периметр, созданный уже самим Эшмуном, будет проще разобраться только с ним, чем ломать всю защиту.

Небольшой проблемой было то, что я пока не представлял, как именно всё это провернуть. Но с этим вопросом придётся разбираться на месте — иных вариантов не было. Хотя, кое-какие теории я принялся набрасывать уже сейчас. Тем более от Кристины поступили документы с информацией, как о правителе Османской империи, так и о его ближайшем окружении.

Когда самолёт министерства иностранных дел уже набрал высоту и выровнялся, к моему креслу неожиданно подошёл Оболенский.

Бухнувшись в кресло через проход, бросил взгляд в сторону Найхвы, которая до сих пор старательно изображала обиду на меня. Потом повернул голову вправо, сфокусировав внимание на моей персоне.

— Ты вроде сейчас тесно в дела Рюриковичей влез, Сиятельство. Вот я и хотел спросить — что думаешь по поводу Иоанна?

Отвлёкшись от своих размышлений, я непонимающе нахмурил брови и ответил вопросом на вопрос.

— Он разве не вернулся с севера?

Патриций отрицательно качнул головой.

— Так там и сидит. Вроде даже Собор планирует пропустить. Мол, претензий на престол у него нет, кандидатуру Алексея поддерживает, а чтобы не было кривотолков, что он народ как-то подбивает, останется на месте.

Странно. Гражданской войной больше не пахло. Обвинений в адрес Иоанна никто не выдвигал. Чего ему опасаться? Или наоборот — с какой целью оставаться на севере, в окружении небольшого количества лояльных себе людей.