Увидев, как моему спутнику вежливо жмет руку сам Люсин муж, мама впала в эйфорической состояние и элегически привалилась к стене затянутым в меховое боа плечиком.

– Ты что творишь? – прошипела я, едва мама отвлеклась. – Мультимиллионер? Серьезно? Да меня мать порвет, если обман раскроется. А он раскроется, помяни мое слово.

– Да, и кто расскажет? Завьялов? Делать ему больше нечего.

– А Марта? – от злости я хотела выть, а Люся хоть бы глазом моргнула. Проследила взглядом перемещения своего мужа, одобрительно хмыкнула и сказала: – От этой овцы по любасу нужно избавляться.

Пока она трется рядом с дичью, шансов у тебя минус десять.

– Ты что задумала? – истерично взвизгнула я, представив, как Люся недрогнувшей рукой расчленяет тело Марфы в мамулиной ванной.

А что, с нее станется.

– Да не бзди. Я ее просто на время изолирую. Где у вас тут самый медвежий угол, куда твои родственники забредут только через неделю, и то случайно? Только не ври мне, – нахохлилась фея, видя нерешительность на моей физиономии.

– У мамы на втором этаже есть гостевая ванная, – обреченно пискнула я.

Люсинда одобрительно потрепала меня по плечу и потопала к Марфе, рассекая своим корпулентным телом людское море, приказав мне «Действуй».

О да, она была прекрасна! Такой мощи я еще никогда в своей жизни не видела! Марфа даже сжалась, когда над ней нависла Люсина тень. Стала какой-то вдруг маленькой и жалкой.

– Вы чего-то хотите? – спросила Завьяловская невеста, пытаясь обойти мою подругу.

– Да, мне нужна помощь. Женская. А я тут никого не знаю почти. Мужа фиг попросишь, да и не любит он, когда я по пустякам отвлекаю. А Юлек мне разонравилась. Какая-то она размазня.

А ты ничего так, вредная, как я люблю. Пойдем, поможешь мне. Лифчик у меня расстегнулся, понимаешь? Сама ну никак не справлюсь. А ты вроде как уже записана в мои приятели. И вообще душка, – приговаривала крестная фея, чуть ли не насильно таща сопротивляющуюся красотку к выходу из залы.

Прежде чем скрыться в коридоре, Люся подмигнула мне, как заправский заговорщик, и, толкнув Марту в спину, скрылась в безвестности вместе со своей жертвой.

– Он великолепен! – шепнула мама.

И как у нее получается так незаметно подкрадываться?

– Кто? – не поняла я, но, проследив мамуськин взгляд, застонала.

Ну как же, ну конечно Сева! – Мам, мы просто друзья.

– Сейчас друзья, завтра любовники, – глубокомысленно произнесла мама, – иди, припудри носик, а то бледная, как смерть. И заодно принеси мое кольцо, я его на полочке в ванной забыла. И не жвачься, Джулия. Боже, в кого ты такая недотепа?

Я вышла из наполненного людьми зала и вздохнула от облегчения. Никогда не любила всех этих скопищ, в которых моя родительница чувствует себя как рыба в воде.