Боже, хоть бы она оказалась не права, потому что в противном случае меня ждет вивисекция, а у меня были планы на следующие лет пятьдесят.

– Я так и знал, что ты передумаешь, – самодовольно улыбнулся Сева, а мне захотелось схватить его за шею и сжать пальцы покрепче, но я сдержалась, – против моего обаяния редко кто устоять может. Все девки в селе моем на твоем месте оказаться хотели бы. Так что цени.

– Ценю, – кивнула я, представляя, как Севу колесуют на городской площади, – только тут дело такое: придется тебе сегодня в гости к родителям моим сходить. Понимаешь… – завела я, надеясь, что у него на сегодня найдется миллион дел и столько же отмазок.

Ну не любят мужики знакомиться с родственниками. То, как оживился Сева, привело меня в легкое недоумение.

– К родителям? Правда? Это ж надо тортик купить, ну лимонаду там всякого. Старики такое любят, – засуетился он. А я представила, как Сева передает гостинцы моей мамуле, и едва не забилась в корчах. Дешевый тортик и лимонад, к которым она не притронется даже палкой – это просто импосибал какой-то.

– Слушай, тут дело такое, – с трудом справившись с припадком, вякнула я, – они у меня слегка особенные.

– Да не волнуйся, с алкашами я тоже общий язык найду, – уставился женишок на меня ясными глазами, а я посочувствовала, что мне не хватает воздуха. Главное – не заржать, он от души же, не со зла. Да и не виноват, несчастный, что таким родился, – но водки не куплю, уж извини, нехорошо поощрять вредные привычки.

– Ну вы чего тут? Сколько ждать можно? Поехали, я договорилась с Завьяловым. Сказала, что сама не могу рулить, и водилу его выпросила. Так что вперед, у нас мало времени, – решительно сказала Люся, появившись перед нами, словно из воздуха, как волшебная Сивка Бурка.

 – Сначала в магазин. Хорошо, что алкаша с собой взяли. Он говорит, стилистом был, так что, думаю, там мы управимся быстро. А вот со столовым этикетом придется повозиться. И откуда ты только взялся такой?

– Какой? – икнул Сева, явно сраженный мощью Люсинды.

– Лапотный, – гаркнула она и посмотрела на меня: – а ты работай иди. Сами управимся. Сейчас пишешь заявление на увольнение, и вообще сегодня ты неприступная скала и королева игнора и презрения. Твоя работа – вывести из себя Завьялова.

Ну, за это я спокойна – у тебя в крови вредность и врожденная говняность характера, – поставила она мне диагноз и потащила вяло сопротивляющегося Севу к ярко-розовому джипу.

Мне его даже стало жалко. Нормальный парень, простоват, так он не виноват же, а я, получается, использую это его качество в корыстных целях. Его же сожрут сегодня на мамином суаре. И виноват во всех моих неприятностях гад начальник.

– Вы вообще собираетесь работать, Джулия Павловна? – ну конечно, о нем речь, а он навстречь.