Раньше он показался мне незнакомым, потому что на нём не было робы, в которой я прежде его видела. Это был тот самый юноша, что по утрам драил палубы.

— Нет, не думаю, чтобы мы были знакомы.

— Извините. Мне на минуту показалось, что я с вами где-то встречался.

Я улыбнулась и сказала:

— Вы наверняка видели друг друга на корабле.

Матрос как-то напряжённо вытянулся и уставился на Лукаса, как мне показалось, несколько тревожным взглядом.

— Да, наверное, так и есть, — кивнул Лукас.

Молодой человек отошёл от нас и уселся за столиком в самом тёмном углу.

Я шепнула Лукасу:

— Это один из палубных матросов.

— Похоже, вы с ним знакомы."

"— Я несколько раз по утрам встречала его. Я выхожу полюбоваться на восход солнца, а он в это время драит палубы.

— Вот уж не похож на мойщика палуб! — Это потому, что он не в рабочей робе.

— Ну что ж, благодарю, вы меня просветили. Бедняга был, кажется, сильно смущён. Надеюсь, вино доставляет ему не меньшее удовольствие, чем мне. Пойдёмте, купим бутылку и захватим её с собой на корабль. Пожалуй, лучше даже взять две. Сегодня вечером разопьём за обедом.

Купив вина, мы вышли на солнце.

Мы медленно двинулись к лодке, которая должна была доставить нас на корабль. На пристани мы остановились, и Лукас купил мне сумку, расшитую алыми и синими цветами.

— На память о счастливом дне. Я хочу сказать этим подарком: спасибо, что вы позволили мне разделить с вами чудесные сегодняшние часы, — произнёс Лукас.

«Как он мил, как обаятелен, — подумала я. — Мне-то он действительно подарил чудесные часы».

— Я всегда буду вспоминать сегодняшний день, глядя на эту сумку, — сказала я. — Цветы, арбы, запряжённые волами, и вино…

— И даже мойщика палуб.

— Каждую минуту этого дня я буду вспоминать, — заверила я Лукаса.

* * *В плавании дружба крепнет быстро.

Покинув Мадеру, мы очутились в спокойном море. Погода стояла чудесная. После дня, проведённого на берегу, мы с Лукасом как будто ещё больше сблизились. Ни о чём заранее не сговариваясь, мы регулярно встречались на палубе. Он обычно усаживался возле меня, и, глядя на убегающие за корму волны, мы болтали о том о сём.

Он много рассказывал мне о себе, о том, как он поломал семейную традицию, согласно которой один из сыновей обязан был служить в армии.

Военная карьера была ему не по душе. По-настоящему он даже не знал, чем ему хочется заниматься. Ему не сиделось на месте, и он много путешествовал по белу свету, обычно в общества Дика Дювейна, своего бывшего денщика и друга. Дик оставил армию одновременно с ним, и с тех пор они всегда были вместе. В настоящий момент Дик находится в Корнуоле, помогает в делах, которых так много в поместье. Вероятно, и ему, Лукасу, со временем придётся этим заняться.

— Пока что я ничего ещё толком не решил, — сказал Лукас.