Из города видны были очертания «Атлантик Стар», стоявшего на некотором расстоянии от берега, и люди, перевозившие пассажиров с корабля на остров и обратно.

Лукас сказал, что мы должны отведать местное вино, и мы зашли в небольшой погребок и уселись за один из столиков, имевших форму корытца. Нам принесли бокалы с небольшим количеством мадеры. Вероятно, подумала я, хозяева надеются, что нам так понравится, что мы захотим купить парочку бутылок.

Тьма, царившая в погребке, была резким контрастом яркому свету снаружи. Мы уселись на табуреты и взглянули друг на друга.

Лукас поднял бокал:

— За вас… за нас… за то, чтобы было много таких дней, как сегодня.

— Кажется, следующая остановка — Кейптаун.

— Ну что ж, там мы с вами можем снова доставить себе какое-нибудь удовольствие.

— Вы будете заняты своей лекцией.

— Пожалуйста, не называйте это лекцией. Такое название подходит для более серьёзных вещей — слишком уж торжественно звучит. Знаете, слово «лекция» имеет множество различных значений. В частности, оно может означать суровую нотацию, отповедь. Когда меня приглашали, имелось в виду, что моё выступление составит лёгкий контраст речи профессора.

Я почувствовал себя польщённым, а в результате — поглядите-ка, к чему это привело. Так что называйте это беседой или сообщением — штука менее притязательная. Вообще-то говоря, я предвижу, что ваши родители будут шокированы. Я буду говорить о таких неприятных вещах, как порча, воры, грабящие склепы и всякое такое прочее.

— Публика, возможно, охотнее будет слушать об этом, чем…

— Я стараюсь не думать, как и что будет. Если не понравится, ну что ж, так тому и быть.

А потому я не хочу допустить, чтобы какие-то там приготовления портили мне удовольствие. Как же это здорово получилось, что мы путешествуем вместе!

— Мне это, во всяком случае, приятно.

— Мы с вами впадаем в сентиментальность. Вероятно, вино действует. Хорошее, правда? Мы должны купить бутылочку, чтобы показать, что оценили любезность хозяев, предложивших нам отведать его бесплатно.

— Надеюсь, они не зря предлагают своим клиентам дармовую дегустацию.

— Наверняка! Иначе зачем бы им сохранять древний обычай? А пока что, надо признаться, сидеть в этой темноватой комнате на неуклюжих стульях и попивать отменную мадеру очень приятно.

В погребок вошли несколько пассажиров с нашего корабля. Мы обменялись приветствиями. Вид у всех был очень довольный.

Немного погодя мимо нашего столика прошёл какой-то молодой человек.

— Эй! Привет! — окликнул его Лукас. Молодой человек остановился. — Ах, простите, — сказал Лукас, — мне показалось, что я вас знаю.

Человек смотрел на Лукаса с каменным выражением лица, и тогда я его узнала.