Мэдок поехал домой, намереваясь покопаться в своей машине, а я колесил по всем улицам города, кроме Фолл-Эвэй-Лейн.

Мне не хотелось возвращаться, видеть свой офис, кровать, фотографии на стенах, демонстрировавшие вымышленную жизнь, которую я создал для себя, фальшивые улыбки, маскировавшие ложь, которой я жил сорок два года.

Выйдя из машины под ливень, даже не обратил внимания на то, что моя одежда промокла, и поднялся на крыльцо.

Я должен был жить в этом доме. С того момента, как девятнадцатилетняя Кэт отвесила мне пощечину и назвала меня козлом, я хотел жениться на ней. Если бы мне хватило смелости это сделать, сейчас мы жили бы здесь с оравой детей и я не испытывал бы к себе такой жгучей ненависти.

Хорошим людям несложно жертвовать чем-то и принимать решения, в отличие от эгоистов вроде меня. Нам сложно. Мы не понимаем, чего хотим, до тех пор, пока не лишаемся выбора. Только тогда до нас доходит.

Я постучал в дверь и стал ждать ответа. В горле образовался ком. Но открыл Джаред. Он был одет в черную толстовку, вертел ключи на пальцах и с интересом смотрел на меня. У его ног стоял маленький бостон-терьер.

– Привет, – сказал парень. – Мэдока тут нет.

– Да, знаю. Я не его ищу.

Он прищурился, и мне моментально захотелось съежиться. Не знаю, как ему это удалось, но я практически был готов к тому, что Джаред пошлет меня подальше.

Вместо этого он окликнул:

– Мам, я Джекса навещу.

– Ладно, – послышался ее ответ. – Осторожнее на дороге.

Дернув подбородком, парень обошел меня и направился к черному «мустангу». Пес побежал за ним и тоже запрыгнул в салон. Я вошел в дом. Прежде чем успел закрыть дверь, услышал рокот двигателя. Уверен, именно Джареда я мог благодарить за то, что Мэдок увлекся гонками, или винить.

В прихожей и гостиной тускло горело несколько светильников. Двинувшись по коридору к кухне, услышал там Кэт. На стенах, которые она перекрасила, висели новые фото. Еще Кэт добавила книжные полки."

"Я остановился в дверном проеме, заметив ее возле раковины. Похоже, она чистила картофель. Засунув руки в карманы, я смотрел на Кэт и вспоминал, как мне нравилось просто стоять и наблюдать за ней, когда она занималась домашними делами: жарила блинчики, складывала постиранное белье, готовила ужин. Я представлял, будто Кэт – моя, а это – наша жизнь и я могу остаться здесь навсегда.

Она приподняла одну ногу и почесала большим пальцем лодыжку второй. Внезапно меня охватило невыносимое желание дотронуться до нее. После нашей встречи в магазине Кэт переоделась в чистые джинсы и белую футболку, а волосы распустила.

Выключив воду, она подхватила полотенце, вытерла руки и обернулась.

Когда наши взгляды встретились, Кэт тихо охнула.

– Джейс.

Я не понимал, зачем пришел и что хотел сказать.