Это было последнее лето перед школой, и мы оба не горели желанием туда идти – видели всё это изнутри, так как таскались туда регулярно, Антон с мамой, я с бабушкой. Я посчитала, что предложение сбежать – самое то в нашей ситуации, и что это будет невероятно весело и интересно.

Опущу подробности, но нашли нас ночью. Что пережила моя бабуля и родители моего «компаньона», даже представлять боюсь. Влетело нам тогда обоим по первое число, но выпороли только Антона. После чего дружбе резко пришёл конец.

Что бы я там ни думала себе по поводу того, что он натворил (сейчас, а не в детстве – там-то, положа руку на сердце, я сама была хороша и согласилась на «побег» с энтузиазмом), нам с ним придётся держаться заодно.

Предложение-то – вот оно, сделано на весь город. И я сказала «да». Так что вместе будем решать, как из всего этого выпутываться.

И для начала надо взять в союзники мою бабаню.

Антон тем временем напряжённо о чём-то размышляет.

– Слушай, ты права. Матери я сам скажу, – начинает уверенно. – Не хватало ещё, чтобы она начала что-то высказывать…

– … про меня, – печально усмехаюсь, вспомнив один разговор Жанны Вадимовны с моей бабулей.

– Это же твоей маме принадлежит историческая фраза: «Не знаю, кто будет женой Антоши, но я ее уже ненавижу!» Нет такой женщины, которую она бы посчитала достойной.

– Мне безразлично, что она там считает, – пожимает плечами мужчина. – Мать всё никак не может уложить у себя в голове мысль, что я давно вырос и самостоятельно принимаю решения. А вот к твоей бабушке пойдём вместе. Прямо сейчас, – он машинально берёт меня за руку, и я не вырываюсь.

Смысл ссориться? Я и сама собиралась ему это предложить.

– Ну проходите, жених с невестой, – бабаня насмешливо сверкает на нас глазами из-под очков, открыв дверь сразу после звонка.

– И как вас угораздило?!

– Анна Павловна, простите, пожалуйста, это моя вина, – Антон действительно выглядит виноватым.

– Садитесь давайте, – бабуля машет рукой, показывая на стол. – И не врите, – грозит пальцем нам обоим. – Вы серьёзно собираетесь пожениться?

Мы переглядываемся.

– Ну.… жизнь – штука сложная, – осторожно начинает Антон.

– Жизнь – штука очень простая, – бабуля качает головой. – Ладно. Вы уже взрослые, со своими сердечными делами сами разберётесь.

Но, Антон, предупреждаю: заделаешь моей внучке моего правнука или правнучку и, не дай бог, после этого передумаешь жениться – пеняй на себя! Лишишься всех своих первичных половых признаков!

– Уф-ф-ф, ба! – краснею и отворачиваюсь, одновременно с этим с трудом сдерживая смех, до того забавно сейчас выглядит мой.… жених.

– Э-э-э-э, я учту, – смущённо кивает Антон.

– Чай будете? – бабаня совсем по-девичьи фыркает. – А лучше вообще поешьте. Сил наберитесь. Вам же ещё к Жанне идти.