Пару лет назад, продав мою квартиру и квартиру Антона, доставшуюся ему от родителей отца, мы купили одну большую в новом доме с видом на озеро. Здесь хватает комнат и для детей, и для нас. А главное – здесь есть огромный балкон, из которого мы тоже устроили комнату.

И теперь я завариваю чай с видом на закат. Расставляю чашки, когда ко мне с заговорщическим видом подходит муж.

– Смотри, что я тебе принёс, – говорит, улыбаясь, и раскрывает ладонь.

– О, господи, – увидев у него в руке маленькие яблочки, я то ли смеюсь, то ли плачу. – Ты что, залезал на дерево?!

– И даже не ободрал колени, – смеётся Антон. – В детстве мы с тобой не заморачивались их мытьём, но эти уже чистые, я помыл.

Откусываю кусочек, и челюсти сразу сводит от кислоты, а рот вяжет.

– Самые вкусные… – шепчу, обнимая мужа.

– Я старался, любимая, – он подхватывает меня на руки, целуя.

* * *

Солнце, садившееся словно бы прямо в воду, заливало набережную и дома на ней ярким оранжевым светом.

Стёкла окон, выходивших напрямую к воде, сверкали, не давая увидеть происходящее за ними.

Но вот последний яркий краешек, мигнув, погас.

На город опустились мягкие сумерки.

Один за другим в домах стали зажигаться прямоугольники света.

И в первом можно было увидеть мужчину и женщину, которые, тесно обнявшись, стояли возле окна. Спустя несколько мгновений к ним подбежала маленькая фигурка девочки, затем подошёл подросток.

Они смотрели на озеро, пока огни заката окончательно не растворились в густой чернильной темноте. А потом мужчина задёрнул шторы, и окно опустело.

До следующего заката."

"Ни один из которых не был таким же, как предыдущий.

Конец"