– Вон, к Авроре иди, с ней проводи прекрасно время!

– Причём здесь Аврора? – Антон вскидывает брови. – Ты что, ревнуешь к ней, что ли?

– Делать мне больше нечего, – задираю нос.

– И правильно, – хмыкает он. – Знаешь, что в женщине самое сексуальное?

– Откуда мне знать, от чего конкретно ты тащишься, – снова дёргаюсь, пытаясь вырваться – безрезультатно. – Хотя ты врач, у тебя наверняка какие-нибудь извращённые вкусы – может, тебя позвоночник возбуждает или, не знаю, почки!

Антон утыкается мне в плечо и начинает трястись от смеха.

– Господи, ёжик, вот чесслово.… – стонет, еле выговаривая сквозь хохот.

– Почки, это надо же.… Мозг, Алёнка! Мозги в женщине – самое сексуальное!

– Я ж говорю, извращённые вкусы, – вздыхаю и морщусь, у меня уже спина начала болеть от этой чёртовой стены. – Отпускай меня, а то я себе всё отморожу, штукатурка ледяная!

– Ой, прости! – он дёргает меня за руки, разворачивает и прижимает спиной к себе. – Грейся!

– Ты меня уже всю облапал, – ворчу, выворачиваясь.

– Не говори, что тебе не нравится, – Антон прижимается к моей шее, я чувствую его губы на нежной коже под волосами, которые скрутила сегодня в низкий пучок, и у меня по рукам бегут мурашки.

– Нет, не нравится! – упорно стою на своём.

– Ты затеваешь опасную игру, ёжик, – такое ощущение, что в его голосе слышится предвкушение. – Не стоит бросать мужчине вызов. Я же могу сделать это целью своей жизни.

– Что «это»?

– Доказывать, что тебе будет со мной хорошо, как ни с кем другим!

– Знаешь, что?! – резко дёргаюсь вперёд и таки вырываюсь из объятий. – Иди ты…. лесом-полем к такой-то матери!!!

И тут у нас обоих одновременно начинают вибрировать мобильные.

Вытаскиваем девайсы и смотрим на экраны.

– Мама? – перевожу взгляд на Антона, и тот вздыхает.

– Бабушка? – зеркалит мой вопрос.

Тут мы вздыхаем оба.

– А я говорила, что весь город уже в курсе, – говорю тоскливо.

– Мы ничего плохого не сделали, – мужчина пожимает плечами, но уже не так уверенно, как вначале."

"– Ну-ну, – ехидно смотрю на него. – Посмотрю я, что тебе матушка твоя скажет.

Его передёргивает.

– Со мной пойдёшь, – объявляет он мне.

– Да с чего бы? Чтоб и мне досталось? – качаю головой. – Нет уж, сам объясняй ей, что случилось. По дороге вон, можешь розги для себя надрать, у нас как раз ива неподалёку растёт.

Или ремня хватит? – шучу язвительно.

– Я уже не в том возрасте, – Антон отворачивается, но я замечаю, что уши у него покраснели. – И вообще, мне только один раз в детстве попало. Ежедневная ругань не в счёт.

– Я в курсе, – не сдержавшись, фыркаю. – За дело тебе попало.

И опять вздыхаю.

С этого началась наша бесконечная вражда. Потому что мы вообще-то дружили… в детском садике. До того момента, пока Антон не предложил мне сбежать с ним вместе.