Если и дальше принятие пищи будет происходить у нас в таком ключе, то я себе в два счета язву заработаю.

– Сегодня вечером планируется торжественный ужин по поводу нашего приезда, – уведомил меня Хант.

– Подготовкой занимается Наира? – уточнила я.

– Да. – Барс помрачнел.

Интересно, до него только сейчас это дошло? Забавно.

– Она… – попытался он что-то объяснить.

– Обязательно буду, – оскалилась я в счастливой улыбке. Ни за что этот цирк не пропущу!

– Я пришлю человека, который ознакомит тебя со списком гостей, чтобы ты знала, кто есть кто.

– Это очень мило с вашей стороны, – отозвалась я, послав ему приторную улыбку.

– Эля, если тебе что-то не нравится…

– Что вы, Марр, меня ожидает незабываемый вечер!

Стукнул столовый прибор, и барс посмотрел на меня странным взглядом.

– Сомневаетесь? – не поняла его реакции.

– Ты впервые назвала меня по имени.

– Отметим шампанским? – иронично хмыкнула в ответ, раздосадованная этим фактом. Сама не заметила, как так получилось.

– Кшатры не пьют, – сообщил Хант. – Не понимаю я этого желания туманить голову и доводить себя до скотского состояния.

А ведь точно, в газетах не было ни одного скандала, учиненного Камияром в пьяном виде.

На фотографиях я видела его с бокалом в руке, но ведь не определишь, что в нем. И на ужине у ишт Лансона мы ничего спиртного не пили.

– Значит, не будем отмечать, – легко согласилась я.

– Буду рад, если ты перейдешь на «ты». – Барс решил ковать железо, пока горячо.

– А с чего вы взяли, что я хочу вас радовать? – изумилась его наглости. – Кажется, мы уже обсуждали эту тему. Вы для меня малознакомый человек. Я себя вообще чувствую обманутой. В силу моего возраста я еще даже с парнями нормально не встречалась, а тут сразу жена.

Вы лишили меня самого прекрасного периода отношений – ухаживаний. Даже Лансон ухаживал за Линой, прежде чем жениться.

– У нас будет время узнать друг друга.

– Да. Я помню. Привыкну! – и опустила голову. Яду в моем голосе могла бы позавидовать любая змея.

* * *Его девочка не умела прощать. И ничего не забывала. На первый взгляд мягкая, нежная, ершистая, как котенок, но ее упрямству позавидовали бы многие. И коготки у котенка оказались острые. Она умело рвала в клочья его мужское эго, топчась на самолюбии.

«Привыкнешь». Уже не раз пожалел, что тогда не сдержался и бросил эти слова. Теперь она раз за разом их возвращала, уязвленная.

Его пара. Совсем юная и так отличающаяся от их женщин. Пугливо шарахающаяся в сторону при самом невинном прикосновении и в то же время смело бросающая в лицо язвительные слова, бесстрашно испытывая его терпение. Лучше бы она закатывала истерики, чем вот так замыкалась в себе, отгораживаясь от него. Женщина-ребенок, которую еще предстояло разгадать и найти подход.