Виола видела, что он начинает злиться. Об этом легко было догадаться, учитывая, как сильно сжимал кулаки второй принц.

— Все эти люди могут просто клеветать, — не сдавался Макмилиан. — Они могли все это подстроить. Я видел гробы и… трупы, но не думаю, что их туда действительно поместил герцог. Кто-то явно пытается подставить его!

Эйден не выдержал и рассмеялся. Он даже остановился. Виола тоже притормозила, желая услышать, что он скажет.

— Ты действительно думаешь, что эти аристократы могли организовать нечто подобное под носом Барлоу в его собственном доме? Или тебе плевать на логику и здравый смысл, главное, оправдать того, у кого больше власти?

— Не говори ерунды! — возмутился Макмилиан.

 — Я отношусь ко всем людям одинаково. Это мой долг как будущего короля!

— Действительно? — хмыкнул Эйден, явно не поверив ни единому слову. — Тогда скажи мне… брат, кому ты доверяешь больше — аристократам или простолюдинам?

— Какой абсурд! — фыркнул принц. — Конечно, аристократам! И не делай такое лицо! Любой у власти знает, что те, кто внизу, сделают что угодно, чтобы подняться наверх. Они с готовностью обманут, предадут, оболгут и украдут, если потребуется.

Не зря аристократию называют благородным сословием, ведь у них больше чести и добродетели, чем у простого народа.

Эйден покачал головой. Вздохнув, он пошел дальше.

— Я советую тебе меньше слушать нашего отца и больше смотреть по сторонам и думать своей головой, — произнес он, теряя всякий интерес к разговору. — Я заметил, что ты не рядом со своими друзьями. Не подскажешь, в чем причина?

После своего вопроса он посмотрел на Макмилиана так, словно уже знал ответ. Наследный принц хотел возмутиться, но вспомнил, с каким разочарованием встретили его товарищи, и сдулся.

— Не твое дело, — огрызнулся он и умчался вперед.

— Он очень… — начала Виола, но запнулась. Оглядевшись, она убедилась, что их никто не подслушивает, и продолжила: — очень незрелый.

— Мягко сказано, — согласился с ней Эйден, но не повернулся.

Виолетта не обиделась. Она понимала, им необходимо делать вид, что они малознакомы, однако где-то глубоко внутри вздохнула тоскливая нотка, хотелось взять Эйдена за руку и ощутить его взгляд на себе.

Когда они начали спускаться в подземелье, те, кто шел впереди, уже достигли дна.

Вскоре раздались крики и громкие голоса.

Виола видела подвал лишь мельком при тусклом освещении. Она тогда слишком спешила и боялась, чтобы осматривать все более внимательно. Сейчас, когда помещение, уставленное многочисленными гробами, было хорошо освещено, она едва не онемела от их количества.

Все гробы стояли на изящно вырезанных каменных постаментах. Часть была прислонена к стенам. Если присмотреться, каждый гроб выглядел как произведение искусства.