Отстранился, глядя мне в глаза. Долго, пристально, не моргая. Уголок его губ слабо дернулся в пародии на полуулыбку. Эмин прикрыл глаза и едва заметно качнул головой. И упал на спину рядом. Глаза полуприкрыты, взгляд в потолок.

А у меня чувство было такое… непередаваемое. Будто… хер знает, как будто обнаженной была. Только не телом.

— Раунд второй? Ты не кончил. — Мой голос был абсолютно ровным. Насколько позволяло останавливающееся дыхание. Но эмоции были ровные, ни грамма не выдающие того пиздеца, что внутри смазывал сход оргазма.

— Нет. — Асаев зевнул, прикрывая рот кулаком и скосил на меня ироничный взгляд.

 — Мне не семнадцать и я не стреляю как из пулемета несмотря на обстоятельства. Я, походу, пас. Возраст, что тут скажешь.

Я прикусила губу, качая головой и подавляя тихий смех. Перевернулась на бок, задумчиво вглядываясь в его усталое лицо, прикрывшее глаза. Ты полон сюрпризов, Асаев.

Очень опасных для меня сюрпризов. Потому что я едва подавила порыв прильнуть к нему. Придвинуться ближе, чтобы ощутить тепло его тела и окончательно успокоить себя и хаос. Без всякого пошлого намека придвинуться.

Просто быть ближе. Даже понимая, что это скорее всего, был очередной его идеально просчитанный шаг.

— Не будешь действовать по соображениям совести, да? — повторила я его фразу, внимательно следя за его мимикой. Но он себя не выдал.

— Отстань, жэнщина. Сказал же, я устал. И смирись, что периодически так и будет. Но если не смиришься, помни, что левому мужику подпишешь смертный приговор. Да и себе тоже. Так что давай рот затыкай и проваливай к Морфею часов до четырех. Разбужу. У меня на девять вечера встреча, организуешь по стандарту.

Я прикусила губу, чувствуя как все внутри затихает. Как наконец-то все затихает. И как это было оказывается тяжело.

— Большие черные мусорные пакеты приготовить? — слабо съязвила я, прикрывая глаза и только тут понимая, как же сильно я устала.

— Естественно. Еще ножи, автоматы, пулеметы. И утюг с паяльником. — Эмин сжал мое плечо и потянул на себя, вынуждая лечь Ближе. И еще. На плечо. И негромко произнес, — не смотри больше НТВ, Ян.

* * *"

"Вечер первого января. В «Инконтро» посетителей почти не было. Тихая компания в малом зале, пара столиков заняты в большом.

Я стояла у косяка отдельного кабинета и невидящим взглядом смотрела на последние приготовления для встречи Эмина. Смотрела и слушала голос Линки по телефону, рассказывающей, что пока стабильно хуево, что прогнозируют улучшения в ближайшие три дня и потом начнут подготовку к операции.

Сердце билось ровно, совсем ровно, но в него вплетались темные нити моей злобы и почти подавленного в голосе сестры отчаяния. Но пиздец был еще не завершен, поэтому она держалась.