Я смотрела на Ангелину, образцово застывшую у дверей, аки статуя без причинного места, и она меня выбешивала.

— Там все нормально идет? — спокойно спросила я с непроницаемым лицом, внимательно отслеживая ее реакции.

— Да, Яна Алексеева. — Отозвалась она.

Голос, поведение, мимика все ровное. Вежливая, все осознает, все понимает. Ты гля, прямо приебаться вообще не к чему, и это бесит еще больше. Я чокнулась бокалом с Витей и опрокинула в себя. Вот сучка, а.

Нет, я и не сомневаюсь, что все и так все знали. Сменился владелец, притащил свою управляющую, в новый год трахнул вот тут прямо, где мы сейчас с Витей бухаем.

Владелец взглядом объясняет лицам с первичными мужскими половыми признаками, что смотреть на управляющую можно только мельком и без всяких посягательств, частенько забирает с работы — перфекто, тут даже додумывать ничего не надо. Вот теперь криминальные пирушки обслуживает не управляющая, но с работы он ее забирает, наверняка у них уже все серьезно. Но персонал «Инконтро» был тренированный и выдрессированный, и если они и шептались (а они точно это делали), то абсолютно незаметно для меня. Именно это и послужило основой того, что я особо не зверствовала, когда бывали моменты профессиональных проебов. Опоздания (только незначительные), путания в позициях меню (торопливо исправляющиеся), легкий налет пыли за большим аквариумом в малом зале (Валера торопливо побежал за тряпкой, как только я перевела на него взгляд). Все всё знали. Но я не была тираном, требуя свыше их обязанностей, поэтому они мыли мне кости уважительно за глаза, не устраивая дерьмовых интриг, даже когда появился повод в виде смены положений и я была только управляющей, а порхала над Асаевской сворой теперь Ангелиночка. Может персонал и ждал классической мыльной оперы что я ее грызть буду, но дурой я никогда не была, и хоть меня выворачивало от ревности, себя я контролировала… Определенно наш роман с Асаевым считали скучным и неперспективным в плане сплетен. Потому что Ангелина не дура, я не стерва, а имя Асаева вообще старались всуе не поминать. И меня это устраивало. Вот смотрю на Ангелину, забирающую капрезе, сдерживаю себя от того, чтобы лицо у меня не перекосилось и напоминаю себе, что меня все устраивает, рядом тусуются два повара, и нельзя давать реакций для базиса сплетен и жарких додумываний. Мужики вообще иногда хуже баб. Поэтому никаких реакций, нас все устраивает, Яна, все устраивает. Хоть бы она на лестнице ебнулась…

Они закончили через двадцать минут. На выходе мы с Эмином чуть задержались, он подозвал Ангелину, ему позвонили, он отклонил звонок и сказал ей чтобы она завтра вечером тоже на работе была. А потом уже мне смилостивились сообщить, что Эмину Амировичу нужно на завтра стол накрыть на четыре персоны.