– Но когда появился, Оскаленный тебе все и обсказал!

– Да что он обсказал?! Мы прилетели, по дороге из аэропорта менты остановили, проверили документы, все шмотки перетрясли… Я спросил: «А что ж такое?» Оскаленный пояснил: «Мол, было нападение на магазин». Вот и все!

– Ну, а ещё Оскаленный тебе что говорил? – настороженно спросил Гангрена. Он весь подобрался, стал чутким и внимательным.

– Да, ничего!

– Вре-е-е-шь, братское сердце! А про то, что Пашка к нему заходил, маслята спрашивал? Говорил?!

– Ни про какого Пашку базара не было! Имен он вообще никаких не называл.

Гангрена кивнул и заглянул в свой блокнотик.

– Да, так он и мне сказал. Значит, не брешешь. А кто это слышал?

Ворон пожал плечами.

– Джузеппе сзади сидел… Слышал, или не слышал – не знаю, мотор шумел, да и Оскаленный говорил тихо, мне в самое ухо…

– А этот твой Джузеппе, он из местных? Что-то не припомню такого.

– Ну, вообще-то не наш, лет пять назад приехал, да и по большей части со мной на выезде работает. А только вернулись, нас Оскаленный и встретил.

– Надо мне с ним поговорить. Он где сейчас?

– Во дворе ждёт.

Гангрена встал с дивана, подошёл к двери, открыл, оглянулся напоследок.

– Ну, бывай! Пока…

Через минуту со двора раздался его глуховатый голос.

– Заходите все! Кроме Джузеппе. Кто Джузеппе?

– Ну, я…

– Не нукай, не запряг. Идешь со мной! – Гангрена, не оборачиваясь, направился к подворотне. Джузеппе, осмотревшись, поплелся за ним. Колхозник и Мясник двинулись следом.

Они вышли на улицу с гремящими трамваями, где их ждала неновая серая «Волга ГАЗ – 24». Колхозник сел за руль, Джузеппе посадили рядом, а Гангрена и Мясник забрались на заднее сиденье, чтобы полностью контролировать ситуацию.

"«Вот суки, – подумал Джузеппе. – Сзади можно и петлю накинуть, и шило сквозь спинку сиденья в сердце вогнать… А что я им своей пикой сделаю?»

Всю дорогу Гангрена и Мясник о чем-то тихо разговаривали, иногда переходя на шепот. Джузеппе не смог разобрать ни одного слова. «Волга» проехалась по Старопочтовой, свернула на Южный проспект, выскочила на мост и через несколько минут уже мчалась по левому берегу. Довольно скоро Колхозник по проселку свернул в лесополосу и остановил машину на небольшой полянке.

– Выходи! – скомандовал Гангрена, хлопая дверцей и, продираясь сквозь кусты, направился неизвестно куда. Джузеппе, нехотя выполнил команду. Гангрена, не оборачиваясь, шёл по пыльной траве, подтягивая одну ногу и нелепо болтая свободно висящими вдоль туловища руками. Со спины он был совсем не страшен, особенно для тех, кто его не знал. Джузеппе же был о нём наслышан, поэтому плёлся за Гангреной с щемящим чувством тревоги внутри.