Пыточные определённо не лучшее место для задушевных разговоров…

Пока мы шли по длинным витиеватым коридорам, король внезапно обратился ко мне с вопросом:

— Значит, вы умеете перемещаться? — в его голосе сквозило неподдельное удивление.

— Да, пришлось поработать над этим, но в итоге у меня получилось, — я слегка пожала плечами, не желая вдаваться в подробности.

— А как обстоят дела с вашей второй ипостасью? — продолжал любопытствовать Ксандрен.

Услышав этот вопрос, я помотала головой, прикусив губу. Своего дракона я не слышала и не чувствовала. Из-за этого внутри меня зияла огромная чёрная дыра, которую невозможно было заполнить.

— Мне очень жаль, — пробормотал король с искренним сочувствием. — Я думал, что обретя истинного, ваш дракон сможет пробудиться.

— Своему истинному я тоже оказалась не нужна, — горько усмехнулась я.

Ксандрен недовольно цокнул языком.

— Мой племянник ещё не осознал, какую ошибку совершил, отвергнув вас.

— Вы извините, но я не хочу говорить о нём! — резко оборвала я короля.

Единственное, чего я по-настоящему хотела в последние пять лет — оказаться как можно дальше от юга, от всего, что напоминало о произошедшем кошмаре.

Но теперь мне придётся ехать на этот самый юг, чтобы отыскать брата…

Завернув за угол, мы, наконец, достигли нужного крыла дворца. Ксандрен лично открыл дверь в покои для почётных гостей и жестом пригласил меня войти.

— Отдохните сегодня как следует. Если что-то понадобится — дайте знать слугам. Увидимся завтра, — мягко произнёс король и, кивнув на прощание, удалился по своим делам.

Оставшись наедине с собой, я без сил опустилась на роскошную кровать, застеленную шелковым бельём. События последних дней пронеслись в памяти яркой чередой, вызывая новую волну тревоги и смятения.

Я закрыла глаза, надеясь провалиться в спасительный сон без сновидений, но темнота, поглотившая меня, была наполнена зловещими алыми отблесками и стонами, что я услышала сегодня за массивной железной дверью.

Распахнув глаза, я резко поднялась с кровати и осмотрела комнату: стеклянный столик с резными золотыми ножками, золотые набалдашники на креслах, ростовое зеркало в золочёной раме, золотые кисточки на шторах, которые были кроваво-красного оттенка, как и балдахин над кроватью.

От такого сочетания цветов меня начало подташнивать. Роскошь обстановки казалась вульгарной и удушающей.

Чтобы хоть как-то справиться с возникшим недомоганием, я подошла к окну и открыла створки. Залетевший ночной ветер принёс с собой запах свежескошенной травы. Ночь была ясной, безоблачной и какой-то чарующей. На пару мгновений мне удалось забыться.

Подойдя к зеркалу, я распустила косу. Чёрные волосы водопадом упали мне на плечи, оттенив яркие зелёные глаза, которые достались мне от матери.