Матрос по кличке Габой (производная от фамилии Дудкин) начал бойко отвечать:

— Скорее всего, на территории пляжа находится хорошо замаскированный схрон с продовольствием, оставленный предыдущими разведгруппами!

— Есть сутки к отпуску минус сутки ареста, — обрадовал разведчика капитан-лейтенант.

— Служу Советскому Союзу! — радостно отрапортовал Габой.

— Внимание, группа! В боевой порядок! Проводим досмотр пляжа!

Мы рассыпались по парам в цепочку до самой кромки воды и начали прочёсывание. Схрон обнаружил Зелёный. С виду это была неприметная кучка камней.

Если бы не знали, что ищем, на эту кучу бы и не обратили никакого внимания. Однако Зеленов первый догадался, что куча по своим очертаниям напоминает пятиконечную звезду, и начал её разбирать. Разобрал и обнаружил туго набитый «МГ» и резиновый резервуар для воды «РДВ-12». Недаром Зелёный был старше нас на пару лет, он не заорал и не запрыгал от радости — просто поднял вверх руку, привлекая внимание.

Герметичный мешок был туго набит банками с консервами — тушёнка, каши, рыбные, — несколько провощенных бумажных пакетов с заплесневелыми сухарями, несколько пачек индийского чая, а в полиэтиленовом пакете большими кусками сахар-рафинад, пакетики с солью и специями, пакет с рисом, банка с консервированной картошкой.

"

"Чтобы не создавать ажиотажа, мешок и резервуар передали в распоряжение Федосова. Тот отобрал продуктов на количество личного состава, взял пачку чая, несколько кусков сахара и пакет с сухарями. Коком Федос назначил сам себя, меня определил к нему в помощники. Остальные разведчики продолжали прочесывать пляж, собирать сушёный топляк и нести службу в дозорах на «фишках».

Вскрыли трехлитровую банку с консервированным картофелем и слили из неё рассол, чуть промыли пресной водой и начали варить суп, добавив в воду тушёнки. Хорошо, что комбинированный котелок с кружкой и ложкой всегда находился у нас в рюкзаках, являясь непременным элементом снаряжения на любые занятия. Пока Федос занимался супом, я в нескольких котелках разогревал перлово-гречнево-рисовую кашу, перемешивая её с тушенкой, отшкребал плесень от сухарей, кипятил в нескольких котелках воду для чая. От греха подальше, чтобы ничего не съесть, я залез в медицинскую сумку нашего группного медика Рихтера, оторвал от индивидуального пакета кусочки ваты и запихал их себе в нос. Федос увидев меня с ватой в носу, покрутил пальцем у виска и начал яростно мешать ложкой густое варево.

— Слышь, Саня, — начал я философствовать, — мешок-то мы обратно на место положим, а он будет уже неполный. Надо будет как-то прошарить и снова доложить продуктов и воды долить. Матросы до нас старались, чтобы мы не голодали, надо и нам пошуршать.