Надо же, он даже машину взять успел!

Лев закидывает мои пакеты на заднее сиденье своей «Мазды», открывает мне переднюю дверцу, приглашая сесть.

— Лев, я… — Пронзительно смотрю на него, но не нахожу слов.

— Я не приму отказа, Ася. Хотя бы до тех пор, пока мы серьёзно не поговорим. — Его взгляд сверкает решительностью. — Так что, будь добра, сядь в машину.

Втянув грудью воздух, я покорно забираюсь на переднее сиденье.

Он хлопает дверцей и усаживается за руль. Нажимает на автоматический замок, и мы оказываемся в замкнутом пространстве один на один.

— Посмотри мне в глаза, Ася. — Лев нависает надо мной. — Посмотри и скажи, что ты меня не любишь.

Я испуганно вжимаюсь в сиденье, поднимаю на него растерянный взгляд и… молчу.

— Ну же, скажи! — рычит он.

— Дело не в тебе, Лев… — шепчу едва слышно и чувствую, как горло перехватывает спазмом. — Дело в твоем брате.

— Я в курсе! Он сознался! — цедит Ключников и в отчаянии бьет руками по рулю. — Он там был, и он тебя узнал. Но не он все это организовал. Мой брат просто трус. Все, на что он способен — это изменять своей жене с секретаршей и говорить гадости, чтобы хоть как-то поднять свой статус перед уродами, которых он считает своими друзьями! И тогда он здорово струсил. Наложил в штаны, когда понял, что в подвале ты…

На миг закрываю глаза, не в силах выдержать напряжение. По щекам против воли текут слёзы.

— Они оставили меня умирать! Кажется, этого достаточно, чтобы наш с тобой союз не состоялся…

— Ася, те, кто организовал похищение и взрыв, сядут. Я об этом позабочусь.

— Ты не понимаешь! — шепчу, глотая слёзы. — За всем стоят такие люди, что тебе и не снилось! Ты потеряешь все: карьеру, семью, связи. И ради кого? Ради меня?

— Да! Ради тебя, Ася! Представляешь? Так иногда бывает, когда любишь!

— А что потом? Как мы будем жить, зная, что ты все потерял из-за меня?

— Да прекрасно мы будем жить! Я ничего не потеряю, поверь. Завтра начнется новая игра. Хвостов не будет участвовать в осенних выборах: у нас есть на него такое досье, что мы его потопим в течение двух недель. А потом мы поймаем за нос его сына. Он тоже отправится в тюрьму. Они оба туда отправятся!

Всхлипываю, растираю пальцами слёзы по лицу. Как бы мне хотелось, чтобы это было правдой!

Лев разворачивается ко мне и берёт меня за плечи.

— Дай мне один шанс, — просит уже мягче. — Всего один шанс, Ася! И, пожалуйста, не плачь. Когда ты плачешь, мне хочется крушить все вокруг.

Его пальцы ласково касаются моей щеки и смахивают слёзы.

— Отвези меня домой, — прошу почти шепотом. — Мне надо отдохнуть: слишком напряженные выдались дни.

— Чтобы тебя там нашёл похититель? Нет, так не пойдет! Мы поедем в отель. Это не обсуждается!

— Снова в номер на двоих? — всхлипнув, интересуюсь с сарказмом.

— Да, в номер на двоих. — Он хмурится.