Если бы я была посторонним человеком, я бы напридумывала себе, что он погрузился в милые семейные воспоминания, и сейчас перебирает в памяти самые драгоценные моменты. Но я-то знаю, что таких не существовало. Ни одного. Пытается придумать красивую легенду, чтобы я его пожалела и приласкала?"

"— Да, ты права…Я не слишком сильно ее любил…Но я долго горевал по своему погибшему сыну…

— Сыну? В интернете ничего не было о нем сказано. Как это ужасно! — обнимаю его со спины, чтобы он не видел моего злого лица.

Ах ты сволочь! Решил надавить на то, мимо чего не пройдет ни одна девушка — спасибо врожденному материнскому инстинкту.

Ладно, сделаю вид, что тронута, чтобы вытянуть больше подробностей.

Глава 11

(Три года и два месяца назад)

— Сразу же, после того, как меня развязали, мама решила нанести еще один удар — она объявила мне, что выписала меня из наследства, и после ее смерти все деньги пойдут в фонды по борьбе с зависимостью у молодежи. Она также выгоняла меня из дома. Морозила все кредитки и карты. Отбирала долю всего, чем я владел и управлял. «Тут твоего ничего нет, я просто позволяла тебе паразитировать на том, что создавала и преумножала с умом. Больше мне на глаза не попадайся».

Это жестоко, но вполне справедливо…Может, она перегнула палку, но ты должен был понять — тебе пора учиться самостоятельности и тому, что твои поступки будут иметь последствия, как и у всех обычных людей…

— Она усмехалась: «Хочешь — ходи по улице с протянутой рукой, пробуй устроиться в другие фирмы и подниматься с нуля. Или как любой нормальный мужик, у которого есть руки и ноги — шуруй на стройку или разгружай мешки. Снова начнешь торчать — сгниешь в канаве. Я и пальцем не пошевелю, чтобы ты отлеживался в чистой клинике. Пусть у тебя сгниют ноги и зубы, ты сам выберешь для себя этот путь» Сначала я не поверил, что она на это способна…

Я тоже не верила, что ваша семейка такая бесчувственная, но, видимо, это передается по наследству…Вот только я-то ни в чем не провинилась, чтобы вы вдвоем преподавали мне жестокие жизненные уроки…

— Но этим же вечером я был выставлен за дверь. Она оплатила мне за два месяца однушку на севере, дала с собой закруток и круп, немного одежды — ничего дорого, чтобы я не смог ничего заложить в ломбарде, и пожелала удачи. Я послал ее на три веселые буквы. Первые недели ждал, что сейчас она посигналит мне, и я пулей сбегу вниз, извинюсь, и мы заживем как раньше. Через месяц я сам пришел ползать у нее под воротами, но она прислала дворецкого и просила передать, что спустит на меня собак, если я не исчезну в тумане.

— И как же ты выживал дальше?

— Как-как, устраивался на работу. Но сразу же увольнялся.