Я умолял, пытался шантажировать, проклинал, даже притворялся мертвым — мама только стояла, скрестив руки на груди и испепеляла меня взглядом. В ней не было сострадания. В этой старой злой карге. Только разочарование, что ее единственный сын оказался таким слабовольным чмом, а она так долго не могла взять ситуацию под контроль.

Все еще не укладывается в голове…Он — человек, с иголочки одетый в самые роскошные костюмы, каждый день занимающийся с собственным фитнес-тренером, читающий мне лекции даже о неправильном питании… И сейчас мне надо представить его тощим, нюхающим что-то мерзкое или колющим себе в вену очередной шприц? А потом сидящего у стенки с остекленелым взглядом и дурацкой улыбкой?!

Кирилл сглатывает. Видимо, он глубоко запер всех демонов, напоминающих ему об избавлении о зависимости. Но он сознательно и с каким-то остервенением погружал себя в самые неприятные воспоминания."

"— Первые месяцы не помню — только холодный пот. То озноб, то через пару минут подскакивает дикая температура. Было ощущение, что мне молотком ломают все кости. Каждый звук, каждый шорох был увеличен мозгом в сотню раз, меня оглушал любой скрип и стук. Где-то я рычал, где-то судорожно пытался вырваться — бесполезно. Это унижение, когда подо мной меняли утки, как будто я какой-то немощный и юродивый. Мама соврала всем, что я уехал в Финляндию, а сама заточила меня в подвале на полгода.

НА ПОЛГОДА?! ЦЕЛЫХ ШЕСТЬ МЕСЯЦЕВ В МЕСТЕ, КОТОРОЕ ХУЖЕ, ЧЕМ ТЮРЬМА?! — от такой жути мне снова стало его жалко. Я даже забыла, сколько обиды он успел мне нанести за этот год.

— Да, вижу, что ты удивлена. Наверно в шоке с темного прошлого своего любимого мужчины?! Какого это — любить не прекрасного принца, а бывшего отброса, а, сладкая? — он снова дергает меня за плечо и перенаправляет агрессию на меня, хотя злится-то на себя и маму! — ОТВЕЧАЙ, ЖИТЕЛЬНИЦА СТРАНЫ ПОНИ И САХАРНОЙ ВАТЫ! Ты наверно всю юность читала книжки, и знать не знала, что твой сосед или одноклассник ширяется по вене в темной подворотне. Тошнит от твоей приторности и наивности.

Снова плюет на пол.

— Я правда удивлена, но я тебя не осуждаю, Кирилл…я…

— О, спасибо огромное, мисс благородство! Да кто ты такая, чтобы судить меня? Чтобы меня оправдывать? Заткнись и слушай дальше, мне плевать, что ты там обо мне думаешь.

Но ты ведь сам потребовал, чтобы я отвечала…

— Дааа, шесть месяцев…Чтобы на этот раз наверняка…Но это была не самая худшая часть в мамином плане по моему выздоравлению…

Глава 10

Поднимаемся на маяк. Винтажная закрученная лестница, я слышу плеск воды и непонятный гул, доносящийся откуда-то из под крыши.

— Похоже, ты нашел самое уединенное место, я как будто перестала существовать для всего мира, как только ступила на порог.