Под его тяжестью мой многострадальный диванчик надсадно крякает.

— И на этом ты спишь? — хмыкает Воронов.

— На чем есть, на том и сплю, Михаил Захарович. Меня выгнали с работы, знаете ли! За воровство! Вот только где наворованное? Нету? — зло развожу руками.

— Кристин, ну это не повод идти в посудомойки, — спокойно заявляет он.

— Не повод? Да вы охренели?! — закипаю я. — А куда мне было идти с животом? Кто бы меня взял беременную на приличную должность?!

Михаил пересаживается ближе, пытается приобнять меня.

— Не трогайте!

Воронов выставляет перед собой ладони: мол не будет.

— Кристин, я приехал за тобой. Собирай вещи, я подожду.

— Куда? — опешиваю я.

— Домой. — спокойно отвечает он.

— Ну уж нет. Я уже дома.

— Но это же не твоя квартира.

— Я тут прописана, и тут мой дом. А к вам я не поеду. — отодвигаюсь от него подальше.

— Почему? — не поймёт мужчина.

— Потому что вы выставите меня вон! С вещами! А мне с животом и с чемоданом потом по городу мыкаться!

— Нет, Кристина! Я никогда тебя не выставлю! Я причинил тебе боль. Знаю и раскаиваюсь в этом. Но наоборот хочу все исправить.

— Каким образом?

— Кристина, я хочу, чтобы ты жила со мной. Хочу заботиться о тебе, о нашей дочери. Тебе нет нужды работать, я буду обеспечивать тебя целиком и полностью. Ты сможешь посвятить всю себя малышке. Я куплю загородный особняк, чтобы вы дышали свежим воздухом. Будешь заниматься домом…

— Домработницу наймите! — злюсь я.

— Я не в том смысле, моя маленькая злючка, — ухмыляется белозубо, — ты сможешь выбрать и обставить наш дом по своему вкусу, так, как ты сама захочешь. У нас разумеется будут помощницы по дому и саду.

Я не верю ему. Не верю, и все.

— Подумай, Кристина.

— И думать нечего, Михаил Захарович. У меня есть работа и жилье. Мы с дочерью ни в чем не нуждаемся. Вы знаете, где выход. Вам пора.

Михаил тяжело дышит, Стискивает руки в кулаки. Сжимает и выдвигает вперед челюсть."

"— Кристина. — голос его звучит обманчиво спокойно. — Ты в полном дерьме! Спишь на продавленном диване, работаешь посудомойкой по двенадцать часов в день на ногах за копейки. Живешь в чужой семье! Подумай хоть немного, о том, как ты будешь забираться на пятый этаж на девятом месяце беременности! Подумай о том, как будешь спускать и поднимать коляску с ребенком. Подумай, о том, как будешь работать после родов. Хоть немного, на один шаг вперед задумайся о своей жизни!

Прикрываю глаза. Тру переносицу. Обо всем этом я думаю чуть ли не каждую секунду, и все равно это лучше, чем сейчас поддаться искушению поехать с ним, а потом быть изгнанной за малейшую провинность.

— Я подумала, Михаил Захарович. — как можно спокойнее стараюсь донести свою мысль, — И решила, что мы с малышкой остаемся тут.

Михаил крепко жмурится. Делает глубокий вдох.

— Хорошо.