Она бесконечно рефлексировала и анализировала – а что было бы, если бы не травма мениска, после которой стало ясно, что теперь ее карьерные амбиции ограничатся задними рядами кордебалета? А что, если бы в двадцать лет она приняла нескромное предложение одного чиновника и полетела бы с ним в Сочи на выходные, вместо того, чтобы, вздернув остренький подбородок, отчеканить: «Вам тут театр, а не публичный дом!» Вдруг она смогла бы разглядеть в нем принца-спасителя и полюбить? Задала бы своей судьбе совершенно иной вектор.

Сейчас же ее было не узнать – румяная, глаза блестят.

– Что там у нас случилось? – остановилась Настина мать.

– Просто ужас какой-то! – заверещала балерина. – В нашем подвале труп нашли! Всех допрашивали, и меня тоже. Мне следователь по секрету сказал, что, судя по состоянию тела, бедняжка уже несколько месяцев там находится.

– Бедняжка? Это женщина?

– Вроде как молодая девчонка. Но точно не из наших. Непонятно. Ты сходи к ним, там как в детективном кино.

А еще спустя несколько дней по двору разнеслась сплетня. Убитая – восемнадцатилетняя девушка по имени Виктория из подмосковного городка, приняла смерть от удара ножом около трех месяцев назад.

За это время тело так деформировалось, что опознать ее смогли только по стоматологической карте.

Страшная смерть. Двадцать два проникающих ранения в живот. Кому она могла помешать, почему с ней расправились с такой жестокостью, почему бросили умирать в подвале совсем одну – так и не выяснилось. Родители Виктории считали, что она уехала в Москву на заработки. Теплых отношений в семье не было, девушку не искали.

Тогда-то и вспомнились ей слова Настины: «Она в подвале нашего дома уже третий месяц лежит.

Гниет… Говорит, кожа на лице сгнила и лоскутами с косточек сошла, от личинок прожорливых вспучилась….»

Вот еще один Настин шанс, решила ее мама. А что, если нервная младшенькая – блаженная, святая, воплощенный в человеческой плоти ангел? Что, если она действительно слышит мертвых? А вдруг она и еще что-нибудь умеет, вдруг начнет людей лечить…

Настю поволокли к психиатру, который написал огромную научную монографию о возможности ясновидения в мире торжествующего научного познания. С трудом попали на прием, огромные деньги пришлось заплатить.

"

"Врач выглядел утомленным, смотрел на них снисходительно. Каждый день со всей страны к нему приезжали люди, которые, по их собственным заверениям, обладали какими-то сверхспособностями. Когда он был много моложе и романтичнее, он надеялся найти жемчужину в навозной куче. Переживал, нервничал, составлял какие-то опросники, устраивал многоступенчатые эксперименты, горел такой страстью, что даже умудрялся выбивать на свои опыты правительственные гранты. Но за все годы чуда так и не произошло.