Ничего страшного, если она воспользуется этим бонусом. Ей и надо-то всего несколько дней, чтобы оценить масштаб проблемы и принять нужные меры. Она сможет. Она выкарабкается. Не юная девочка, а взрослая тётка всё же.

Снова вызвав такси, Рита назвала адрес и через несколько минут уже была на месте. А ещё через полчаса распаковывала вещи в своём номере.

Телефон за это время практически не переставал звонить, но Рита убрала звук и не обращала внимания, лишь изредка бросая взгляд на экран, чтобы не пропустить нужные звонки по работе. Но звонил пока только Андрей. И где-то глубоко появилась мыслишка, ободрённая такой настойчивостью: а вдруг это ошибка? Вдруг Рита всё неверно представила? Не так поняла? Обидела ни в чём неповинного мужа? Она даже присела, перестав суетиться, и охнула, приложив руку ко рту.

Но, как вишенка на торте, раздался тихий сигнал входящего сообщения. Машинально Рита открыла сообщение и вздрогнула. Всего три кадра. Три коротких видеокартинки. Но каких! Других доказательств и объяснений уже не надо: Милена и Андрей в самых горячих позах и видах. Краткая надпись гласила: «Снимала для себя, но пригодилось и тебе, чтобы ты не питала надежд».

Это внезапное «ты» от дерзкой разлучницы резко взбодрило Риту. В голове утвердилась прочная мысль, что обратной дороги нет, и она сделала всё правильно. Внезапно её одолела дикая жажда. Горло буквально скребло сухостью. Она достала из сумки любимую кружку и выпила воды прямо из-под крана. Села в кресло и прикрыла глаза. Надо всё обдумать."

"Снова вспомнилась баба Люда и её история. Когда-то Ритин дед – Николай схлестнулся на гулянке с молодой разведёнкой. И было им с бабушкой уже далеко за пятьдесят в ту пору. На бабушкиных глазах всё и происходило. Молодуха (ну, как молодуха, лет 35-40 бабёнке было, точнее Рита не помнила) весь вечер крутилась возле деда Николая, то танцевать его вытаскивала, то в игры вовлекала. И тот встрепенулся, почуял молодой сквознячок, забыл о своих болячках и лихо принялся обхаживать настойчивую даму. А потом и вовсе оба ушли с гулянки вместе.

Баба Люда ничего выяснять и узнавать не стала. Деда с гулянки тоже не ждала, сидя под окошком. Собрала свои личные вещи, да и ушла из дома в соседнее село. Вот так поступила на старости лет. Там у её родителей был старенький домик. Баба Люда использовала его как дачу, постоянно в нём никто не жил. В этом домике баба Люда всю оставшуюся жизнь и прожила.

Много раз дед приезжал за ней, умолял вернуться, говорил: бес попутал. И вообще за один раз прощать положено. Но Люда уже вычеркнула его из своей жизни, обходила его по дуге, как прокажённого. Молча. Не здоровалась, не разговаривала, не замечала.

Та разведёнка к деду прилипла и не отставала. Мужчина он был ещё крепкий, по хозяйству умелый, не бедный.