Какая-то смутная мысль начинает зудеть на задворках сознания, но ухватить её за хвост почти не получается. – А брат? Его тоже вы проводили через ритуал?

–  Нет. Это делал глава Ковена, – снова хмурится Райнар. Вздыхает тяжело, сжимая губы.

Чувствуя, как давит что-то внутри от нехорошего предчувствия, я всё равно не могу не спросить.

– Что с ним случилось?

– Когда твой брат потерял контроль, – подается ко мне Синн, смотря прямо в глаза. Прожигая своим холодным взглядом до глубины души. – Магистр Борнагар выжег себя подчистую, чтобы обуздать вышедшую из-под контроля силу, остановить ритуал и спасти мальчишке жизнь.

Сейчас он похож на мумию и едва способен говорить. Ритуальный зал почти разрушен, как и защитный купол. Если и ты не справишься, столица будет в руинах. А тебя саму, принцесса, буквально развеет на части. Вот что, тебе надо знать о ритуале.

5.2

Мне стоит огромных усилий не отшатнуться. Мы целую вечность смотрим друг другу в глаза, и я вижу, что он не врёт. От этого осознания становится дурно. Страшно… Безумно больно. Мне соврали про брата? Он…

– Что с Риком? – хриплю я, не замечая, как на глаза наворачиваются слёзы.

Дрожа от переполняющего меня страха и разбуженной им магии.

– Жив. И даже почти не пострадал, – уже другим тоном сообщает Синн. Почти мягко. Не верю.

– Принц несколько дней был не в себе, но уже всё в порядке. Почти. Я отозвал его в Академию. Там ему будет легче прийти в себя, – поясняет Райнар сочувствующе.

– Почему? Почему, он пошёл дальше? Если Зирх его не принял, разве это не сразу стало понятно? Разве он не должен был остановиться раньше?

– Твой брат слишком хотел угодить своему отцу. Заслужить его гордость, – магистр Синн выразительно, даже осуждающе, смотрит на меня, словно намекая, что и я жажду того же.

Что я собираюсь рискнуть своей жизнью, жизнью невинных в угоду тщеславию и детским обидам.

И он прав. Но только отчасти. Мне хочется так думать. Верить, что не в отце и желании доказать, насколько я достойна любви и уважения, дело. Не в обидах. Они есть. Но они мною не руководят. Собравшись, я прямо смотрю на магистров. И хоть внутри всё обмирает от ужаса, голос мой не дрожит.

– Я не буду отрицать, что мне страшно. Не буду отрицать, что в глубине души хочу отцовского одобрения.

Но именно я – наследница королевы Милрэт. Мне суждено стать защитницей Эббона. Это – мой долг. Значит, я это сделаю. Смогу.

Безумно хочется добавить, что сделаю это даже без их помощи. Но, к сожалению, это будет ложь и пустая бравада. Мало принять силу артефакта во время ритуала. Научиться управлять им я сама не смогу. На краткий миг мне кажется, что в глазах магистра Синна мелькает одобрение. Но, скорее всего, именно что кажется.

– Мы в этом и не сомневаемся, Аеталь, – улыбается ободряюще ректор.