Мирон пытается остановить меня в прихожей, протягивает ботинки, но я только отмахиваюсь. Нельзя терять ни секунды.

На бегу активирую печать Пожирателя. Оказавшись на улице, выискиваю, где формируются наиболее плотные потоки Хаоса, и несусь туда. Краем глаза замечаю, как вдалеке проносится один из броневиков моего отряда — похоже, получили указания из центрального управления.

Теперь только Коршунов и его приближённые офицеры могут отдавать Багровым Стражам приказы, Фурина отстранили от командования нами. Это ни в коем случае не умаляет моего уважения к Дмитрию Сергеевичу, тем более, нас связывает с ним не только служба в ордене.

Нахожу, наконец, достаточно плотный клубок Хаоса. В этом месте с большой вероятностью откроется разлом, когда Багровая буря наберёт обороты. Моя задача не допустить этого, но на сей раз не просто развеяв энергию. Я придумал другой способ.

Призываю все силы печати Пожирателя и начинаю формировать энергетический канал. Своего рода труба, через которую Хаос будет неминуемо протекать, оказываясь рядом.

Канал, само собой, невидимый, но оттого не менее эффективный. Мне приходится напрячься, чтобы создать его, потому что раньше я ничего подобного не делал.

Эксперимент оказывается успешным — к тому времени, как небо становится полностью багровыми, концентрация энергии Хаоса становится максимальной, канал готов. Энергия протекает через него бурным потоком. Клубок ослабевает в одном месте и возникает заново в другом — там, где удобно мне. А именно рядом с уже открытым и освоенным домашним разломом.

В итоге возле одного портала открывается ещё один. Я смеюсь и вскидываю руки вверх от радости. Получилось! Теперь я могу не просто предотвращать открытие разломов, но и делать так, чтобы они открывались в нужном мне месте.

Это достижение гораздо более полезное, чем может показаться на первый взгляд. Не зря я усиленно тренировался после разговора с верховным. Я ведь обещал ему, что смогу найти способ обезопасить определённые места от разломов. Вот, обещание выполнено. Мне ещё нужно улучшить технику и стать сильнее, но через время я запросто смогу создать в Санкт-Петербурге сеть каналов, которая навсегда решит вопрос с разломами в городе.

Из нового разлома осторожно выглядывает костегрыз и принюхивается. О, давно не виделись! При виде этих тварей, которым я придумал собственное название «жабопсы», я невольно начинаю ностальгировать. Потому что это первые монстры, которых я прикончил в это мире.

— Ко мне, пёсик! — произношу я, хватая монстра струной за морду.

Сначала он в панике визжит, но пытается высвободится, хоть это и бесполезно. А потом он чувствует печать Пожирателя и весь его страх как рукой снимает.