После происшествия со Светой и лицезрения подлинной сущности «тусовочных авторитетов» Ира больше слышать не хотела ни об «Арлекино», ни о прочих подобных заведениях, совершенно справедливо проведя между ними мысленную параллель и установив определенное сходство… (Умная девчонка! Не иначе, отцовские гены сказываются! — Д.К.)… Насчет Светы точно не уверен, но, по-моему, полученный урок также пошел ей на пользу…"

"За ужином, оправдывая свою «тигриную ипостась», я сожрал большую сковородку жареного мяса, лениво поковырял вилкой в блюде с овощным салатом (места в животе не хватало), выпил маленькую чашечку зеленого чая без сахара, сказал «У-у-ф-ф!», вынул из кармана пачку сигарет и хотел было снова отправиться на балкон.

— Курите здесь, — мило улыбнулась Ира, выставляя на стол металлическую пепельницу с завинчивающейся крышкой. — Мы со Светой к дыму привычны, хотя сами не курим.

— Квартира пропахнет. От матери по шее получишь, — неуверенно возразил я.

— Нет, нет! Не беспокойтесь! Папа давно уже приобрел отличный кондиционер. Как раз из этих соображений. И пепельница тоже его.

— Ладно, уговорила, — сунув в рот сигарету, я щелкнул зажигалкой и с удовольствием затянулся. Ира включила электрический камин, свернулась калачиком на диване напротив моего кресла и принялась непринужденно болтать о пустяках, неотрывно глядя на меня сияющими глазами… (Точно, втюрилась. О Господи! Этого еще не хватало! — Д.К.)… Я слушал краем уха, иногда из вежливости вставляя одну-две ничего не значащие фразы. Света в беседе участия не принимала. Устроившись в соседнем кресле, она рассеянно перелистывала иллюстрированный журнал и, судя по выражению лица, витала мыслями далеко отсюда. Кот, которого, как выяснилось, звали Мишаня, тщательно вылизал шерстку после ужина и разлегся возле камина, полуприкрыв зеленые глаза. Время летело незаметно.

Когда я вновь посмотрел на часы — было около полуночи.

— Вы не могли бы остаться у нас ночевать? — неожиданно спросила Ирина. — А то, знаете, у меня какие-то дурные предчувствия!

— Из-за «авторитетов»? — усмехнулся я.

— Нет. Тут что-то иное, — голос девочки звучал вполне серьезно. — Когда Валера? с Витасом… (Валера? надо полагать, «рыжий», а Витас — «мартышка» — Д.К.)… начали орать под дверью, я подумала «из-за них». Однако после нейтрализации обоих… (Нейтрализация… Гм! Словечко явно из отцовского лексикона. — Д.К.)… они остались. Только рядом с вами страх отступает на задний план, и я чувствую себя хорошо. А вот на кухне, например, мне было крайне неуютно. Казалось, кто-то пристально наблюдает за мной снаружи, с улицы. Останьтесь, пожалуйста. Я вас очень прошу!..