– Взломаешь?! – Мы с подружкой уставились на айтишника.

– А что конкретно ты мог бы сделать, Вовочка? – елейным голоском проворковала Лиза и ласково обняла друга за бицепс.

– Да всё что угодно! Любую гадость могу организовать этому хмырю. Залезу в его домашний комп. Раз плюнуть.

– Кошмар, – испугалась я. – Неужели ты таким занимаешься, Вов?

– Нет. Но ради вас, девчонки, я готов пойти на любые махинации и нарушения. Не согласен, чтобы какой-то… мм… чудак портил вам жизнь.

– Он крупный чиновник. Наверняка у него на всех гаджетах стоит хорошая защита.

Панкратов самодовольно фыркнул и закатил глаза: ой, не рассказывайте мне.

– Вова, взламывай! – тут же согласилась Лиза. – Узнаем, действительно ли Гурьянов нам вредил.

– Я против. Это грязные методы, – возразила я. – Так нельзя.

– А манипулировать матерью-одиночкой, которую и защитить некому, это не грязный метод? – возмутилась Лиза. – Ты вспомни, сколько всего обрушилось на нас за этот год. Мы только и успевали уворачиваться от проблем. Если сейчас выяснится, что Гурьянов собственноручно организовал нам этот ад, я прорвусь к нему в кабинет и набью этому гаду морду!

– Ух, какая ты! – Панкратов с восхищение посмотрел на Лизу.

Спелись! Как они не понимают, что их план незаконен?

– Тем не менее, я считаю, что мы не имеем права…

– Воробьёва, не занудствуй! – перебил Вовка, не позволив мне закончить фразу.

– Вов, пошли ко мне, – сказала Лиза и поднялась из-за стола. – Соня у нас нежная и правильная…

Я почувствовала, что она едва не добавила: да и вообще монахиня – секс у неё был один раз в жизни.

Но любимая подруженька удержалась, не стала бить ниже пояса. Спасибо ей за это!

– Пойдём, – с готовностью согласился Вовка.

И парочка хакеров отправилась на Лизин этаж, чтобы предаться противоправным действиям.

А я занялась хозяйством: убрала на кухне, надраила до блеска все поверхности, запустила посудомойку. Одновременно не переставала страдать, что друзья занимаются чем-то неправильным. Взламывать чужой комп – это преступление!

Зашла в спальню Олежки, посмотрела на выставку динозавров и заправленную кровать. Ощутила острый приступ тоски… Когда сын уходил ночевать наверх, к своей крёстной, я ничего подобного не испытывала.

А сейчас…

Нехорошее предчувствие терзало сердце. Какие требования выдвинет Кирилл в отношении сына? Он может предложить что угодно, и не факт, что его условия мне понравятся.

Конечно, как подметила моя мама, ради Олежки я пойду на всё. Но вот он всего лишь захотел переночевать в отеле у отца, а мне уже больно от мысли, что ребёнок не со мной…

В час ночи, когда я уже легла спать, беззвучно замигал смартфон. Сердце взволнованно застучало.