Я хватаю телефон и сумку и со всех ног мчусь на выход из редакции, по дороге вызывая такси. На телефон сыпятся недовольные сообщения от Кости, но я их даже не открываю. По венам шпарит сумасшедший адреналин: первое интервью нового министра будет мне! Обалдеть можно!

Да все конкуренты завтра умрут от зависти!

По дороге в такси я дрожащими пальцами накидываю примерные вопросы, параллельно Паша и Яна присылают мне свои. Несколько раз звонит Костя, но я сбрасываю вызовы. Прости, милый, но у меня интервью с новым министром.

Когда я влетаю в здание министерства, Настя уже стоит у охраны в ожидании меня.

— Почему так долго? — недовольно шипит.

— Извини, приехала сразу, как смогла. — Получаю от охранника одноразовый пропуск и прохожу через турникет. — Кто он такой, Насть?

— Понятия не имею, — девушка ведет меня к лифту. — Для нас это как гром среди ясного неба. Ложкина собирает вещи в своем кабинете и плачет, — на этих словах Настя издает смешок злорадства. Лена Ложкина была строгим начальником пресс‑службы.

— А почему ты предложила взять интервью именно мне? — я гордо приосаниваюсь, ожидая услышать, какой я хороший журналист.

— Потому что от тебя точно не будет подвоха. В отличие от того же Батурина из газеты «Новостник». У меня от его вопросов глаз дергается.

Уголки моих губ в недовольстве ползут вниз. Это что, получается, я «удобный» журналист без зубов?

— А почему ты так одета? — Настя проходится по мне недовольным взглядом.

Я поворачиваюсь к зеркалу в лифте, чтобы посмотреть на себя, и только в этот момент понимаю весь ужас ситуации. Я собиралась на свидание с Костей и по этому случаю рассчитывала уйти с работы пораньше. В туалете я переоделась в короткое платье существенно выше колен с глубоким декольте и сделала яркий макияж. В последнее время мы с Костей часто ссоримся из‑за моей работы, и я ожидала, что после ресторана мы поедем продолжать мириться к нему или ко мне домой.

Уже который раз за последний час мое сердце падает в пятки. Вместо делового журналиста в строгом костюме на интервью к новому министру идет девушка в наряде танцовщицы гоу‑гоу: неприлично короткое платье, стриптизерские шпильки, ярко‑красные губы и наклееные ресницы.

— Я собиралась на свидание со своим парнем, — честно отвечаю.

Когда двери лифта открываются на нужном этаже, Настя уже бледная, как простыня.

— Алена, новый министр требовал, чтобы я организовала ему интервью с серьезным журналистом из серьезного СМИ! — Настя истерично взвизгивает.

— Извини, — только и могу сказать, заливаясь краской, которую, впрочем, не видно за толстым слоем румян.

Алексеева жадно хватает ртом воздух.

— Но я ведь серьезный журналист из серьезной газеты, — осторожно замечаю.

— Ты одета, как на панель!

Это я и сама понимаю.