Поспешно прикладываю карту к замку, завожу девочек внутрь. Артем проходит дальше по коридору, и я слышу звук открывающейся двери.

С интересом осматриваю номер и обнаруживаю открытую дверь, которая ведет в белоснежную спальню с огромной кроватью под балдахином в центре. На противоположной стене такая же открытая дверь, из которой в спальню входит Артем.

— Папочка!

Девочки бросаются к нему, как будто он снова исчезал на шесть лет и внезапно вернулся обратно.

— А чья это такая большая кровать? — спрашивает Марьяшка. Артем зачем-то смотрит на меня, и я ожидаемо приобретаю пунцовый цвет.

— Ваша, — коротко отвечает дочери Артем. И дальше несется:

— Мамочка, как здесь красиво!

— Мамулечка, а ты с нами будешь спать?

— Мы будем спать все вместе? С папочкой?

Артем ухмыляется, и мне приходится выкручиваться самой, по очереди отвечая на все вопросы

— А можно попрыгать? — спрашивает Маргаритка, с обожанием глядя на отца. И Асадов прямо на глазах «плывет».

— Конечно, милая, вы можете здесь делать все, что…

Захожусь в приступе кашля и усиленно вращаю глазами. Асадов удивленно оборачивается и, спохватываясь, заканчивает:

— … что разрешит мама.

Удовлетворенно моргаю. Я предупредила Артема, что не позволю ему баловать детей.

— Может, лучше поплавать? Папа отведет вас к бассейну, — умело переключаю внимание девочек. Мне банально жаль нарушать идеальную ровность кипенно-белой постели. Профдеформация, знаю…

Артем пристально смотрит то на меня, то на кровать, и мне вдруг кажется, что мы с ним думаем об одно и том же. По телу расползаются сладкие мурашки, когда я представляю, что касаюсь этих простыней спиной. Глажу их ладонями, а потом ощущаю под руками литые твердые мышцы…

Встряхиваю головой, прогоняя наваждение.

Я знала, что будет нелегко, и готовила себя к преодолению трудностей. Тем более, дети уже тянут меня к чемоданам, которые вносят в номер работники отеля.

Я разбираю чемоданы и переодеваю девочек в купальники, сверху завязываю парео. Они нетерпеливо топчутся возле двери, но я жду, пока Артем зовет их из коридора.

— А ты разве не идешь? — удивленно спрашивает он.

— Нет, я останусь, разберу чемоданы.

— Не придумывай. Я позову горничную, она разложит вещи. Пойдем, Аля, — Артем берет меня за руку, но я предусмотрительно отхожу в сторону.

— Я не пойду, Артем, потом. Когда там будет меньше людей…

— Здесь много бассейнов, Аля, в них достаточно свободно!

Но я упорно отказываюсь, и тогда его озаряет.

— Погоди, кажется я понял. Ты же не умела плавать, да?

— Не умела, — качаю головой и смотрю ему прямо в глаза, — и так и не научилась.

— Почему? — он удивляется вполне искренне.

— Потому что когда-то уже пробовала научиться, — говорю на выдохе, — однажды. Больше желания не возникало.