Мой пульс подскочил, как и всегда, когда он касался моей кожи губами, что за последние пару недель происходило нечасто.

– А знаешь, как ты их покрошил во тьме, это просто охренеть можно. – Ридок поднял палец. – Но я бы и сам справился.

– Не справился бы. – Ксейден погладил большим пальцем мои костяшки, и плечи Гаррика сотряслись от бесшумного смеха, в то время как мы прошли по последнему пролету к главному входу.

– Ты-то откуда знаешь? – Ридок опустил руку.

Гаррик и Ксейден обменялись утомленными взглядами, и я с трудом поборола улыбку.

– Потому что ты был в одном конце комнаты, – ответил Гаррик, – а твой меч – в другом.

– Проблема, да. И я как раз ее решал. – Ридок пожал плечами, спускаясь на первый этаж одновременно с Ри.

Ксейден остановился, потянул меня за руку в безмолвной просьбе остаться с ним, и я подчинилась.

– Надо проверить остальных. – Ри бросила взгляд на меня. – Вы в большой зал?

Я кивнула, и у меня в животе стянулись узлом нервы.

– Ты готова. Ты справишься, – сказала она, сверкнув улыбкой. – Вас проводить?

– Нет. Проведайте отряд, – ответила я и кивнула замедлившему шаг Гаррику. – Я вас потом найду.

– Будем ждать, – пообещал Ридок на ходу, направляясь налево вместе с Ри и исчезая за углом.

– Все в порядке? – Гаррик повернулся к нам и всмотрелся в лицо Ксейдена.

– Будет в порядке, если оставишь нас на пять минут наедине, – ответил Ксейден.

Гаррик метнул на меня быстрый взгляд, его лоб рассекли тревожные морщины, но быстро разгладились, когда я кивнула.

– Твою мать. Вы же доверяете ей присматривать за мной по ночам? – Ксейден прищурился, глядя на лучшего друга.

– Вот только не надо вести себя так, будто я виноват в том, что за тобой нужно присматривать, – выпалил Гаррик.

Возле наших ног по ступеням поползли тени.

– Все нормально, – поспешила я успокоить Гаррика, не отпуская большую ладонь Ксейдена. – Я в норме. Он в норме. Все в норме.

Гаррик еще раз глянул на меня, на Ксейдена, потом развернулся и двинулся вниз по лестнице.

– Буду рядом, – предупредил он и свернул направо, в сторону зала для поединков.

– Проклятье. – Ксейден вырвал у меня руку, потом привалился к стене, и мечи звякнули о камень. Его мундир распахнулся, когда он прижался затылком к каменной раме окна. – Я и не подозревал, насколько люблю быть в одиночестве, пока эта возможность не исчезла.

Он сглотнул, его руки сжались в кулаки.

– Мне жаль.

Я шагнула к нему вплотную и коснулась его шеи – там, где змеились магические линии его отметины.

– Не надо. Он совершенно прав, что волнуется, оставляя меня наедине с тобой. – Ксейден накрыл мою ладонь своей и опустил голову, медленно открыв глаза, взгляда которых мне всегда будет мало.

– Я тебе верю.

«Ни следа красного».

– А не стоит.