– Вода мне ногу заново не отрастит. – Сойер взял кружку, и металлическая ручка зашипела, подстраиваясь под его руку. Он взглянул на меня: – Знаю, не стоит так говорить после того, как ты потеряла родную мать…

– Боль – это не соревнование, – успокоила я его. – Ее всегда хватает в избытке.

Он вздохнул:

– Меня навещал полковник Чендлир.

Внутри меня все рухнуло.

– Тебя отправляют в отставку?

Сойер кивнул.

– Что? – Ридок сложил руки на груди. – Второкурсники не уходят в отставку. Умирают? Да. В отставку? Нет.

– Я-то понимаю, – начал Сойер. – Просто…

И тут по лазарету разнесся жуткий вопль, означавший нечто похуже боли – ужас. Кровь застыла у меня в жилах, а волосы встали дыбом. В наступившей тишине я вскочила и выхватила кинжалы.

– Это что было? – Ридок соскользнул с койки Сойера, и остальные тоже последовали за мной, когда я выскочила из импровизированной палаты и развернулась к открытым дверям лазарета.

– Она мертва! – В лазарет ввалился кадет в голубой форме пехоты и рухнул на четвереньки. – Они все мертвы!

Невозможно было не узнать серый отпечаток руки у него на шее.

Вэйнители.

У меня екнуло сердце.

Мы не видели их в патрулях, потому что они были здесь.

Глава 2

Самые редкие печати – те, что встречаются раз в поколение или в сотню лет, – насколько нам известно, манифестировали лишь дважды, и каждый раз – в переломный момент нашей истории. И всего единожды шесть самых могущественных магов жили на Континенте одновременно. Как бы это ни было поразительно наблюдать, я бы не хотел дожить до другого такого случая.

Майор Далтон Сиснерос. О печатях

«Они в крепости!» – заревел Тэйрн.

«Я догадалась».

Я быстро сменила кинжалы на те, что были сделаны из нужного сплава, и тут же передала один Сойеру:

– Сегодня никто из нас не умрет.

Он кивнул, взяв клинок за рукоять.

– Марен, защищай Сойера, – приказала Рианнон. – Кэт, помогай кому сможешь. Вперед!

– А я, видать… просто здесь постою? – Сойер выругался, а мы бросились между рядами больничных коек к выходу.

Мы первые достигли двери, где Винифред держала рыдающего кадета за руки.

– Вайолет, не ходи… – начала она.

– Запри двери! – крикнула я на бегу.

– Будто их это остановит, – бросил мне Ридок, когда мы втроем ворвались в туннель и тут же застыли при виде жуткого зрелища, открывшегося перед нами."

"Одеяла на всех временных койках в коридоре были отброшены и обнажили иссушенные тела. Внутри меня все рухнуло. Как это могло произойти так быстро?

– Вот проклятье. – Ридок справа от меня выхватил еще один кинжал, а из двери позади нас выбежали еще два всадника, оба из Второго крыла.

Я потянулась к Ксейдену и обнаружила, что его щиты не просто поставлены, но и непробиваемы.

«Бесит, но ладно».

Я в состоянии драться сама, и со мной Ридок и Ри.