Понятно? Пока я пытаюсь осмыслить его ответ, во мне растет замешательство. Это не прозвучало с сарказмом — типа, ну-ну, поня-я-ятненько. И не прозвучало враждебно. Это не прозвучало никак.

— Я решил рассказать вам лишь потому, что эта информация может случайно раскрыться. Намеренно я никогда не сделаю ничего, что станет для команды антирекламой, — добавляю я торопливо. — Моя сексуальная ориентация не влияет на мои способности хоккеиста. Я собираюсь упорно работать и очень надеюсь, что то, с кем я встречаюсь в свободное время, не скажется на отношении ко мне со стороны моих одноклубников. Но я знаю, что пресса зацепится за эту историю, стоит ей всплыть.

Фрэнк кивает.

— Я… — Я делаю вдох. — Я хочу сказать, что живу с одним человеком, и у нас все серьезно. Скандал только в том, что он не она, а он.

Его рот дергается.

Офигеть. Он что, ржет надо мной?

Стиснув зубы, я заставляю себя продолжить.

— Мы готовы вести себя со всей осторожностью, которая только понадобится команде, но мы не можем скрывать наши отношения вечно. И не должны. — Я выдыхаю. — Так что я решил вам открыться, а вы уж с командой решайте, что будет дальше.

Подавшись вперед, Фрэнк кладет руки на стол.

— Райан. — Он хмыкает. — Я ценю твою откровенность, но… мы уже знаем о твоей сексуальной ориентации."

"От неожиданности я закашливаюсь.

— Знаете?

— Сынок, мы тщательно проверяем всех наших будущих игроков. Клубу не нужны сюрпризы в виде списка правонарушений с милю длиной, или пристрастия к таблеткам, или еще каких-нибудь скелетов в шкафу, которые негативно скажутся на имидже лиги.

Иисусе. Так они знали о том, что я гей, еще до того, как задрафтовали меня? Но откуда?

Я озвучиваю эту тревожную мысль.

— Как вы узнали?

Он фыркает.

— А что, ты пытался сохранить это в тайне? Судя по нашим сведениям, в колледже об этом были прекрасно осведомлены и твои тренеры, и товарищи по команде.

Я… ошарашен.

— Это мой тренер вам рассказал?

Он пожимает плечами, будто в этом нет ничего такого.

— Твой тренер не хотел, чтобы ты попал в команду, которая будет плохо с тобой обращаться. Он сделал тебе доброе дело. Как я уже говорил, ты произвел на Хэла сильное впечатление — и не только уровнем своего мастерства. Ты умный, рассудительный и с головой на плечах. Это все, что имеет значение — для него и для нас.

— То есть… — я пытаюсь обрести обратно свой голос, — клуб не возражает, что у меня связь с мужчиной?

— Нисколько. — Он складывает ладони в замок. — На самом деле, я уже написал пресс-релиз на случай утечки, где клуб выражает тебе безоговорочную поддержку. Мы готовы.

Я просто сижу и молчу. В голове крутятся мысли. Что-то в разговоре не сходится. Такое ощущение, словно они почти надеются на повод опубликовать этот пресс-релиз.

— Ради чего? — выпаливаю я.