Наливает в нее обжигающе вонючую жидкость из бутылки и пододвигает мне. Подумав, вздыхает и выливает содержимое чашечки в свой бокал.

— Не доросла.

Наверное, это первый раз, когда я рада тому, что папа считает меня для чего-то слишком маленькой. Махом осушив бокал, он закусывает хлебом с сыром и, вздохнув, оглядывает меня.

— Что мне теперь делать?

— Не знаю, — пожимаю плечами. — Протрезветь? Готовиться к свадьбе?

— Ты не понимаешь, Лера.

— Да, не понимаю: я жива, здорова, собираюсь замуж за любимого мужчину. Конечно, я теперь далеко, но ведь я и на Земле не обязательно осталась бы у тебя под боком, я могла бы переехать за границу.

— Именно что ты должна была остаться у меня под боком, чтобы я присматривал за тобой, защищал. А тут что? Если твой муж тебя обидит, я же... я же сделать ничего не смогу."

"Опять началось! Папа повернут на этой защите, я думала, что моя сила его успокоит, но, похоже, даже это не помогло.

— Арен меня не обидит, мы с ним связаны, чувствуем друг друга, общаемся мысленно. Как тут обидеть?

Папа вскакивает:

— Вот видишь — и здесь все не так, непонятно, непривычно. — Покосившись на пустой бокал, он принимается расхаживать вдоль стола, тяжело пофыркивая, потирая раскрасневшиеся от выпитого щеки.

Видеть его в таком потерянном состоянии непривычно и даже страшно, понимаю, почему мама волнуется. — Все идет не так.

— Папа, это жизнь, ее не распланируешь, — наставительно напоминаю я, но тут же вспоминаю, как на берегу реки собиралась после завершения учебы замуж — и надо же, именно после получения диплома я замуж выхожу. Получается иногда планировать. — Так вышло. И хорошо вышло, разве нет?

— Не знаю, не знаю, Лера. — Папа встрепывает волосы. — Все непонятно.

И что делать, если ты попадешь в беду? И как... ты же... ты в дракона превращаешься, ты в войне участвовала — моя маленькая девочка и на войне. Как такое возможно? И я ведь не защитил, не помог, я об этом даже не знал, лишь как дурак думал, что у тебя все хорошо.

— Это лучше, чем если бы ты обо мне волновался.

— Нельзя так! Я твой отец, я должен тебя защищать, а сейчас получается, что это ты самая сильная в семье, можешь все решить, и... — Он взмахивает руками. — Я рядом с тобой словно песчинка. Ничтожество какое-то. И уж точно не смогу о тебе позаботиться, а я отец, это моя прямая обязанность.

Это что, у папы комплексы теперь из-за моего превращения в дракона?

— Пап, я сама могу о себе позаботиться.

— Это так неожиданно, так... неправильно, что ли.

— Но это же хорошо: если что-то случится, мне не нужно бежать за помощью, я сама справлюсь.

Папа смотрит на меня так странно... пронзительно.

— Лерочка, — он сжимает мою ладонь. — Это я должен о тебе заботиться, а не ты сама о себе...

Если он еще раз скажет, что должен обо мне заботиться, я закричу.

— ...