Их и искать не надо было, находились добровольцы — обычно из числа уголовников или людей, люто ненавидевших Советскую власть. А то и просто подонки, желающие всласть безнаказанно покуражиться над людьми, вкусно пить и жрать, не рискуя шкурой на фронте.

Всё-таки Алексей решил в первую очередь избавиться от грузовика. Он забрался в кабину, завёл двигатель, развернулся и по своим же следам отогнал его в лес. Там загнал его в чащобу и заглушил. Ключ зажигания с собой забрал, по привычке не бросать ничего.

К складам Алексей почти бежал.

Пока его не было, Петров почти очнулся. Увидев Алексея, расслабился и опустил руку с пистолетом.

— Ты? Я уж подумал — бросил, сбежал.

— Ты за кого меня принимаешь? Грузовик отгонял. Погоди, я сейчас.

Алексей нашёл сучковатую палку, с трудом засунул её под створку ворот, напрягся. Створка приподнялась на несколько сантиметров, но на большее сил не хватало. Сейчас бы помощь второго человека была бы ему как нельзя кстати. Но что взять с раненого?"

"Алексей нашёл булыжник и пристроил на него палку. Получился рычаг. Он надавил на него, налёгши всем телом. Створка ворот ещё немного приподнялась. Он попробовал протиснуться в образовавшуюся щель. Получилось с трудом, но дальше уже было проще. Он стал тянуть за цепь, приводя в действие таль. Щель стала шире.

Алексей выбрался наружу, подхватил Петрова под мышки, уложил перед створками ворот, через щель снова забрался на склад и втянул туда за руки раненого. Приопустил створки, оставив узкую щель, чтобы попадало немного света. Потом стащил с деревянных настилов пару матрасов, бросил на пол и перенёс на них раненого. Петров застонал.

— Потерпи. Тут безопасно. Эх, врача бы сейчас — совсем было бы хорошо!

— Воды! — прошептал Петров.

— Сейчас попробую найти.

Алексей прошёл в глубь склада — где-то здесь были солдатские котелки. Нащупав один, поспешил к ручному насосу. Качнув ручку несколько раз, наполнил котелок и заторопился к раненому. Приподняв голову, поднёс котелок к губам:

— Пей.

Петров жадно приник к котелку, опустошил его наполовину.

— Ветров!

— Здесь я.

— Придётся тебе самому в партизанский отряд идти. Я тебе пароль дам. Оставь мне воды и иди.

— Далеко?

— За день доберёшься. Сам видишь, я не ходок.

— Тогда тебе и еды оставить надо. День туда, день назад, да ещё и там могут на день-другой задержать — как ты без еды будешь? Раненому надо есть, чтобы силы восстановить. К тому же вечер скоро, идти лучше с утра.

— Как знаешь, я теперь обуза.

— Брось! Ты же в ногу ранен, не в живот. Вот тогда бы — да, хана!

— Слушай, не перебивай. Возьми карту.

Из-за отворота его френча Алексей вытащил карту.

— Найди село Крюково. Это южнее от складов, километров двадцать.

— Карта-то на немецком, я ни в зуб ногой.

— Веди пальцем вниз, ищи Крюково.