В траншее оставалось трое живых бойцов: Алексей, разведчик Василий и молодой парень с чёрными петлицами и эмблемой войск связи — его имени они не знали. За траншеей в пулемётном гнезде лежал пограничник. Патронов же не было вовсе.

— Даже застрелиться нечем, — грустно пошутил Василий.

— Не дождутся немцы, чтобы я стрелялся, — ответил пулемётчик. — Что делать будем, парни?

— К своим идти, к штабу.

— Бомбили в той стороне, — заметил связист.

Никто из них не заикнулся о том, что надо оставаться в траншее и удерживать позиции. Не было людей, не было патронов.

— Я пулемёт не брошу, — твёрдо заявил пограничник, — он со мной с заставы ещё.

— Ничего себе! Так ты эту дуру на себе всё время пёр?

— Когда как, иногда немного машиной ехал.

Уважение Алексея к этому парню росло. Вперёд не лезет, не выпячивается, огонь открывает в самый нужный момент, когда кажется — уже всё, сомнут сейчас. Выдержки и хладнокровия ему не занимать. Таких бы парней побольше, глядишь — не отступили бы до Днепра уже.

Видимо, и разведчик понял и осознал всю ту тяжесть, которую пришлось вынести пограничнику во время отступления.

— Как тебя звать-то?

— Рядовой Иван Куликов, особый пограничный округ.

— Эх, где теперь твой округ, Ваня? Вокруг только немцы теперь.

— Одолеем, — твёрдо сказал Иван, — патронов бы только.

— Тогда идём к штабу. Должен же кто-то из отцов-командиров сказать, что делать дальше?

Василий и связист шли впереди, с немецкими автоматами наизготовку. За ними — Алексей, помогавший Ивану катить тяжёлый «максим». Патронов не было ни у кого. Случись немцам на них нарваться — группу можно было брать голыми руками.

Чем ближе подходили они к штабу, тем больше падало настроение. Вокруг них — только перевёрнутые или сгоревшие автомашины, 76-миллиметровая полковая пушка с оторванным колесом, посечённая осколками полевая кухня. И везде — трупы. Впечатление было жутковатое. Но не может же быть так, чтобы все погибли?

Деревянная изба, служившая штабом, лежала в руинах, но недалеко стояла целёхонькая полуторка. В её кузов водитель-красноармеец грузил какие-то ящики.

Из-за кузова вышел лейтенант. Увидев бойцов, он откровенно обрадовался.

— Бойцы, ко мне!

Все подошли, представились.

— Помогите погрузить в кузов сейф.

Оружие сложили у грузовика. Тяжеленный железный ящик вчетвером едва дотащили из развалин к грузовику и погрузили в кузов.

— Товарищ лейтенант, где полк, где дивизия?

— К Десне отходит. Немецкие танки в тыл дивизии вышли. Кстати, наш фронт расформирован, сто тридцать вторая дивизия подчинена тринадцатой армии Брянского фронта. Я в штаб дивизии еду, подбросить?

— Конечно! — обрадовались бойцы.

— И мне спокойнее, у вас пулемёт есть.

— Патронов нет ни у кого.