В нашем случае: через сутки мир либо умрет, либо воскреснет. Так или иначе, для нас все будет решено.

А дальше потянулись часы ожидания и наблюдения. Мы то и дело по очереди подходили к окну и смотрели на небо. Оно изменилось? Время снова идет? Ничего же непонятно!

Периодически до нас долетали требования императора. Он настаивал, чтобы мы немедленно сдались, и обещал, что наша смерть будет легкой и быстрой. В противном случае нас ждут страшные мучения. Вот такое щедрое предложение.

В какой-то момент я не выдержала, открыла окно и выкрикнула императору в ответ:

— Если вы так уверены, что мир вот-вот погибнет, то что вы здесь делаете? Идите домой к родным, проведите последние часы с ними!

— С ума сошла! — Ка-эль оттащил меня от окна и захлопнул его.

— Надоел угрожать, — буркнула я.

Мое выступление не прошло даром. После него император надолго замолчал. Похоже, задумался, вот только осаду снимать не спешил.

Мы провели бессонную и полную тревог ночь в гостиной. Половина отмеренного нам времени вышла. Еще немного — и магическая защита спадет.

Но отчаиваться было рано. Даже мои человеческие глаза отметили, что небо Аль-хоры изменилось. Оно не стало голубым, как нормальный небосвод, на нем не появились звезды, но впервые ночь в Аль-хоре была темнее, чем день.

Это еще не полноценная темнота. Казалось, кто-то просто приглушил небесные краски Аль-хоры. И все же это первые перемены.

Окончательно выбившись из сил, я, Марилла и драконы задремали на диване, пока Ка-эль и старый лорд охраняли наш сон, поддерживая защитный контур дома.

Проснулась я оттого, что кто-то рядом пошевелился. Приоткрыла глаза и увидела Мариллу. Она превратилась в изваяние — сидела и широко распахнутыми глазами смотрела в окно.

Я выпрямилась и потерла затекшую шею — спать на диване, да еще в тесноте, было плохой идеей. Теперь каждая косточка ноет.

— На что ты там смотришь? — спросила я девушку.

— На то, чего никогда не видела, — прошептала она в ответ.

Я аж испугалась — император от осады снова перешел к штурму? Вытянув шею, я тоже выглянула в окно. Настал мой черед застыть с открытым ртом.

— До чего красиво… Что это такое? — прошептала Марилла.

— Рассвет, — выдохнула я.

— Первый за сорок девять лет, — добавил Ка-эль.

40--2

Драконы проснулись от наших голосов и тоже выглянули в окно. Вскоре мы все прилипли к стеклу в немом восхищении, словно смотрели самое увлекательное кино в своей жизни.

Над Аль-хорой восходило солнце! Настоящее — желтое, теплое, чудесное. Его лучи озаряли небосвод, скользили по земле, создавая давно забытые в этом мире тени."

"Там, где лучи касались неба, они подобно ластику стирали с него яркие краски, возвращая естественныйголубой цвет. Разноцветное небо Аль-хоры исчезало прямо на наших глазах.