Как это произошло? Как?! Он мог блефовать перед Горовацким — в вопросах ведения бизнеса и переговоров тот явно был слабее Павла, разные лиги. Но сути проблемы, стоящей теперь уже во всей красе перед Пашей, это не меняло. Это был удар.

Проект на опережение, проект, о котором говорят на самом высоком уровне и в довольно широких кругах уже почти год. Проект, в который вложено так много — денег, сил, времени, интеллекта многих и многих людей — этот столь значимый проект висел теперь под угрозой срыва.

И нет ни одной внятной мысли, как это произошло. Ведь у «Ди-Диджитал» — безупречная репутация, они одни из лучших в своем деле, их предложение выглядело самым перспективным и привлекательным. И что? И где мы оказались? Как это произошло, где просчет, кто ошибся?

Впрочем, на последний вопрос Паша ответ знал. Он ошибся, и вина вся на нем. И все висит на тоненькой-тоненькой ниточке. На лохматой, несуразной, курящей как паровоз ниточке в драных джинсах и кедах. Как там ее бишь… Он медленно выпрямился, прижался спиной к коже кресла, положил голову на спинку. Да, точно.

Дубинина. Инга. Михайловна.

Паша вдохнул, медленно выдохнул. Повел плечами, разминая затекшую спину. И потянулся к телефону.

***— Зачем ты рассказала ему все?! — Борис Юрьевич мерил переговорную широкими шагами, на ходу глотал какие-то таблетки и запивал их. Вода лилась отчасти мимо рта и капала на серую рубашку.

— Что я рассказал и кому? — осторожно спросила Инга. Ответил вместо шефа Ярик.

— Морозу. Слила информацию. Как это непрофессионально, Инга Михайловна.

— А что сразу я? — привычно начала было отпираться Инга. — Может, он телепат?

Ее версия не получила одобрения. Горовацкий рухнул на ближайший стул. Ярик встал, забрал у него стакан, налил воды из кулера и поставил перед шефом. Только тут Инга поняла, что выглядят они оба… неважно. На Ярика похрен, а Бориса Юрьевича все же жалко.

— Зачем, Инга, ну вот зачем? — устало проговорил шеф.

— Что — зачем?! — жалость как-то быстро превратилась в злость. — Он сам все знал! Он меня спросил в лоб: «У нас проблемы?» Что я могла ему сказать? Да, Хьюстон, у нас проблемы.

— Не могла соврать? — тут же встрял Ярик.

— Не могла! — рявкнула Инга. — Не умею, не обучена. По этой части ты у нас мастер.

— Инга, ну можно же было как-то выкрутиться! — тут уже и Горовацкий перешел на повышенный тон, чего за ним обычно не водилось. — Зачем было сдавать всех и все?

— Да ничего я не сдавала! — тут Инга окончательно вскипела. — Буквально двумя словами я с этим вашим Морозом перекинулась.

— Тебе и двух слов хватило, талантливая ты наша, — снова ехидно встрял Ярик.

— Я талантливая, да, — Инга ощутила уже не гнев, а холодное бешенство. — Поэтому я не работаю с клиентами, знаете ли. Не имею нужного подхода… к людям.