Она хорошенькая, Пашенька? Наверняка, ты же у меня эстет. Блондинка, брюнетка, рыженькая? Сиськи какие?

На них покосилась проходившая мимо пожилая пара. Паша сильнее стиснул локоть Алены.

Он дотащил ее до машины и убедился, что она уехала. А потом пошел на стойку регистрации и устроил скандал. Алена явно кому-то дала на лапу, чтобы узнать информацию и пройти. Пусть разбираются. Пять звезд, мать их!

И только потом Паша сообразил, что Инга там в номере одна. И могла его не дождаться. Хотя мимо стойки она вряд ли бы прошла так, чтобы он ее не заметил. Но все равно… и он бегом рванул в свой номер.

***Инга его наказ не выполнила. С кровати слезла и даже оделась. Но, это, может, и к лучшему. Пока шел в номер, Павел готовил слова. Но, увидев Ингу… ее выражение лица… просто молча распахнул руки. Молча гладил ее, прижавшуюся к нему, по голове. Инга тоже молчала, но спина под левой его рукой дрожала. В эти минуты Павлу казалось, что брак с Аленой — это самая большая и практически непоправимая ошибка в его жизни. Которая может слишком дорого ему обойтись. Но он взял себя в руки. Он справится. Он все решит. Главное, увести из-под удара Ингу. Эту кашу заварил он, ему и расхлебывать. А на Ингу не должно упасть ни капли из того дерьма, в которое он вляпался.

А время, к сожалению, работает против них. Пока — против.

— Инга… — позвал он тихонько. И она вздохнула и отступила. Но Павел не дал ей отступить совсем, положил руки на плечи. — Ты видишь… что все это… не мои фантазии… Тебе надо держаться сейчас от меня подальше.

Инга смотрела на него молча. Не отвечала. Не кивала. По глазам видно, что все понимает. Но вот что думает… Как же ему сейчас стыдно, по-мужски стыдно, что это все есть в его жизни — Алена, развод. И нет возможности предложить всего себя той, что так нужна. Но к черту рефлексию, нет для нее сейчас времени.

— Инга, пожалуйста… Дай мне все решить. Я же… ты же понимаешь, что я за нас сражаюсь сейчас?

И она, наконец, кивнула. И ответила.

— Скажи мне.

— Я обязательно все решу, не сомневайся.

— Не то.

Паша тупил секунд десять. А потом снова обнял. И тихо-тихо на ухо сказал.

— Ты самое дорогое, что у меня есть. Я тебя очень люблю.

Это были правильные слова. И он тоже услышал в ответ правильные слова.

А потом Инга резко отступила.

— Я пойду.

Кивнуть был больно. Надо, но больно.

— Да. На связи по новому номеру. Но по крайней необходимости. Напиши, как доберешься до дома.

— Хорошо."

"После ее ухода он не находил места, пока не пришло сообщение. И только потом смог пойти в душ и начать приводить себя в порядок. Да, приводи себя в порядок, Павел Мороз. И иди выполняй свои обещания.

***Инга никак не могла собрать себя, свои мысли. Она приехала домой из гостиницы, сходила в душ, переоделась. Надо ехать в офис. Вроде бы, жизнь продолжается.