И я рассказала все от начала до конца, всю правду, все, что мне было известно, начиная от письма Золотаревского и заканчивая последними событиями.

— И вы всех нас подозревали? — Леночка обиженно надула губы.

— Лен, прости, — извинилась я. — Но у нас не было выбора. Кто бы мог подумать на Петю?

— Это точно, — поддержал Андрей, — я бы тоже на вашем месте подозревал кого угодно, только не его. Я вот одного не понимаю, — он уставился на меня в упор, не было в его взгляде и голосе ни капли от его обычного простодушия или веселья. — Капюшон предложил тебе жизнь Кирилла взамен на Зверя, и ты отказалась, даже не предполагая, что существует возможность спасти его?

Я стиснула зубы. Это решение останется навсегда на моей совести, даже несмотря на то, что Кирилл выжил.

— Это чудовище не получит Зверя, даже если будет резать меня на части, — отчеканила я. — Он не будет убивать с его помощью, ни за что. Не ради этого отдал жизнь Владимир Петрович. И Кирилл… Как ты думаешь, он простил бы меня, если бы я выбрала его такой ценой?

Во взгляде Андрея появилось понимание.

— Ты права, наверное, — признался он. — Но я бы так не смог.

— Ты просто не стоял перед выбором, — возразила я. — Я тоже думала, что отдам ради Кирилла все на свете, но оказалось, что я ошибалась. Есть вещи гораздо более значимые, чем мы сами, наши чувства и сами наши жизни… Ладно, сейчас речь не об этом, — я прервалась, не желая вдаться в дебри, и продолжила рассказ: — А потом Зверь предложил мне попробовать подключить меня к Кириллу и попытаться его спасти. У нас был единственный шанс — не дать ему умереть, пока Капюшоны не закончат. И я забрала себе половину его боли от пыток, — мой голос стал жестче, — а потом и большую часть. Вы даже не представляете, как вовремя вы успели. Еще пару минут, и я бы сломалась.

— О, милая, — всхлипнула Леночка и заключила меня в объятия.

Я не стала ее отталкивать. От моего рассказал ее била дрожь.

— Что же ты пережила, — прошептала она.

— Он жив, только это имеет значение, — ответила я. — Вот она я, живая и здоровая, а ему еще лечиться и лечиться.

— А где Петя? — вдруг спросил Андрей."

"Леночка тут же отодвинулась и подняла на меня огромные глаза:

— Да, где Петя? — эхом повторила она.

В палате повисла гробовая тишина. Они оба смотрели на меня и ждали ответа.

Не знаю, что Леночка увидела в моем взгляде, но она вдруг вскрикнула и зажала рот ладошкой.

Андрей побледнел:

— Ты его?..

Я выдержала его испуганный взгляд, не отвела глаза, хотя мне очень этого хотелось. Мама учила меня всегда отвечать за свои поступки, и я не собиралась оправдываться.

— Да, — мой голос прозвучал резко. — Да, я его. Убила. Хладнокровно испепелила. Считаете, я не права?

— Он ведь был совсем мальчик, — в ужасе прошептала Леночка.