– Нас же ждут, – напомнила я ему, пытаясь увернуться от новых поцелуев.

– Подождут, – коротко ответил муж

– Поехали уже, Витя, – рассердившись, настояла я. И пробурчала, когда он начал выезжать с парковки. – Тем более, мне сегодня нельзя.

– Что нельзя?

– Всё! – выпалила я. – У меня месячные начались.

– У тебя же в четверг они должна были прийти, – заметил муж, бросив на меня быстрый взгляд. В ответ я только пожала плечами.

– Сбился немного цикл, – пояснила все-таки я. И добавила. – Я поэтому и отказалась с вами тренироваться. И надеюсь, твои друзья не будут пытать меня на эту тему.

Муж хмыкнул и сосредоточился на дороге. В процессе управления автомобилем словно невзначай положил руку мне на коленку. И не встретив возражений, чуть приласкал её. Осторожно и невесомо провел пальцами по её внутренней стороне вверх. Взвизгнув от ярких ощущений, шлепнула его по кисти, что, впрочем, не погасило довольной улыбки мужа. Вот же зараза крупная! Сказала, что мне нельзя. Отодвинулась поближе к двери, вытянув ноги в противоположную от мужа сторону.

Как и ожидалось, в ресторан мы приехали последними. Удивительно, что это не вызвало поток уже привычных шуточек мушкетеров. Или они отвлекаться от еды не хотели?

Заморив червячка, мужчины сразу подобрели. И я решила их расспросить. До этого как-то не доходили руки.

– Ребят, а почему все-таки Витя стал у вас Д’Артаньяном? Ведь не носил он в детстве такую бородку? – да, я подколола мужа, но очень легко и мягко. Решила все-таки вести борьбу с его растительностью на лице. Я же для него от лишних волос везде избавилась, так почему он не пойдет мне навстречу?

– Так он последним прибился к нашей компании, – с улыбкой выдал Никита.

– Витя перевелся в нашу группу, когда нам было почти 5 лет, – добавил Алексей. – А ему только-только 4 года исполнилось. Так что он был, как и прототип, самым младшим из нас."

"– А ещё ужасно задиристым и драчливым, – проворчал Атос. – Умудрился поссориться со всеми нами. Зато не прогулке показал себя с лучшей стороны, заступившись за Аленку, которую задирали мальчишки из соседней группы. Это сейчас мы понимаем, что они тогда подкатывали. А тогда наваляли всем, чтобы неповадно было к нашим лезть.

– Алёна, значит? – я, прищурившись в притворном гневе, посмотрела на мужа.

– Ага, мы её потом Констанцией прозвали, – с улыбкой продолжил Атос. – Выговор от старшей воспитательницы получали все вчетвером. Она и брякнула про мушкетеров недоделанных. И мы как-то быстро все роли разделили. Кудрявого назначили Арамисом.

– Самого пухлого – Портосом, – ворчливо заметил Никита, но тут же улыбнулся. – А самого серьезного Атосом.