— Как же тебя угораздило?

— Я… не знаю. Просто шла, шла… И вдруг упала в яму. Я её не заметила…

— Чёрт, да ты вся промокла и дрожишь. Как бы не заболела… А с ногами что? Где болит?

— Лодыжка. Подвернула, наверное.

Пару секунд Крамер просто сидел рядом, потом поднялся.

— Ладно, разберёмся, — тихо произнёс он, вдевая ремень в шлёвки джинсов.

Потом наклонился и вдруг подхватил меня на руки.

Это вышло так неожиданно, что я ойкнула, но инстинктивно обхватила его за плечи.

— Что вы делаете?

— Пока — возвращаемся в лагерь, а там посмотрим, — ответил Крамер.

И действительно понёс меня сквозь кусты.

— Я попробую сама дойти, мне… неловко… — вяло протестовала я.

На самом деле я почти задохнулась от смущения, но сил противиться не было.

— Ерунда… — отрывисто сказал он."

"Я чувствовала, как напряжены его руки и шея. Я слышала его учащённое, шумное дыхание, в такт которому взволнованно колотилось моё сердце. Я ощущала жар его тела и запах, который с самого начала туманил мне разум, а в такой близости и вовсе сводил с ума, словно токсин, который с каждым вдохом проникает в кровь и отключает сознание. Нет, как наркотик, от которого запретно хорошо. Захотелось вдруг приникнуть губами к его шее. От этой эйфории даже боль и страх забылись. Я сдержалась, но внутри заныло от нетерпения.

Крамер нёс меня молча, продираясь сквозь заросли. Пару раз он оступился или запнулся о корень, но устоял. А я вжалась в него крепче, словно боясь, что он меня уронит. То есть сначала я и в самом деле боялась. Но во второй раз я больше притворилась, чем действительно испугалась, и под шумок всё же коснулась носом и губами его шеи, его горячей кожи.

И когда я уловила вдали звуки музыки и голоса, даже стало досадно, что мы уже почти пришли. Эта нечаянная близость не просто меня пьянила и волновала, но и дарила непривычное ощущение надёжности и защищённости.

Хотя Крамер, подозреваю, мою досаду не разделял. Под конец он так тяжело дышал…

Он занёс меня в корпус, уложил на ближайшую ко входу кровать, на свою, наверное. И шумно, протяжно выдохнул.

В корпусе было темно и пусто. Это понятно — все гуляют.

— Как тут свет зажечь… — пробормотал он запыхавшимся голосом, пытаясь нашарить на стене выключатель.

— Не надо света, — попросила я. — Я в таком ужасном виде…

— Я ногу хотел посмотреть. Или что? Врача позвать? А тут есть врач?

— Я не знаю. Я здесь впервые.

— Ну тогда… побудьте пока тут, а я схожу поищу кого-нибудь, хорошо? В смысле, должен же быть какой-то медик здесь, да?

— Наверное, — пробормотала я, с лёгкой грустью отметив в мыслях, что он снова перешёл на «вы». И между нами вновь возникла натянутость.

Он отправился на поиски не сразу, немного постоял на пороге и лишь затем вышел, затворив за собой дверь.