Затем меня привезли в Москву, где состоялась моя встреча с легендарным Штейманом.

— Неужели он жив? — изумился Эдгар. — Я помню, как он готовил нелегалов для работы за рубежом. Это было тридцать лет назад. Уже тогда он был стариком. Сколько лет сейчас Семену Абрамовичу? Сто десять или больше?"

"— За девяносто, — улыбнулся Дронго, — и старик не потерял своей привычной формы. Разговаривать с ним настоящее удовольствие для профессионалов. Можно многому научиться. Он фиксирует образ целиком: движение бровей, глаз, лицевые мускулы, тембр голоса, поведение конечностей, умение вести разговор, поза, слова.

В общем, полное считывание психотипа любого человека, который сидит рядом с ним. Даже у профессионалов практически нет никаких шансов.

— Не повезло. Он тебя разоблачил.

— Во всяком случае, его обмануть было сложно. Нет, не так. Практически невозможно.

— И после этого ты вышел оттуда живым?

— Представь себе. Он нарисовал нам три варианта. В первом случае прекращались всякие контакты со мной. Второй вариант предполагал мою ликвидацию.

А третий — наше сотрудничество.

— Второй вариант мне совсем не нравится.

— Мне тоже. Они остановились на третьем. Решили, что мы и так слишком много знаем. Хотя, думаю, роль сыграли не альтруистические мотивы и не осознание нашей с тобой ценности. Они очень четко поняли, что наша ликвидация может вызвать ненужные вопросы у Блехермана и его друзей. А им хочется избежать этих вопросов при любом варианте.

— Разумно, — согласился Вейдеманис. — Что еще?

— Как мы и предполагали, следователь Поляков сознательно обрубил все концы этого расследования, понимая, что затягивать с передачей дела в суд ему просто не позволят.

К тому же при допросах погиб Исмаил Ламиев. Он уже перешел на героин, и большая доза пентатола его просто убила. Поэтому остались двое обвиняемых: организатор Шовдыгов и пособник Захохов, которых суд приговорил к длительным срокам. А еще послали следователя ФСБ в Турцию, куда часто ездил Шовдыгов. Но никаких следов он якобы не нашел.

— Тебе пояснили почему?

— Речь идет о сотрудничестве с турецкой разведкой. Я понял, что это была совместная операция, при которой нельзя было «засвечивать» связи Шовдыгова.

— Поэтому они так волновались, пристально наблюдая за нами, и опасались отпускать нас из-под своего контроля.

— Конечно. Они работают уже два года с этими связями Шовдыгова. Им совсем не хочется упускать уже имеющиеся у них связи. Хотя Богдановский не возражает, чтобы я поехал в Турцию.