Будто предостерегало и не давало совершить ошибку.

На лекарском деле мистер Чампи (да, преподавателей в академии было мало, и всем приходилось как-то выкручиваться) демонстрировал приемы первой помощи. Гражданской поддержке, как никому другому, знать это было обязательно. Ведь всем «белым» придется в будущем работать в городе, помогать людям, убирать улицы, пасти скот, охранять музеи и делать другую грязную работу. В Санди Эбель ни разу не видела таких скур. Может, их увозили отсюда в другие города, а может, они просто жили недолго, получив по голове камнем от очередного озлобленного мужика, который, как это обычно происходило, скидывал труп исключительного в озеро Сэнди[16].

"

"Пока скуры складывали бинты на место, за окном выглянуло солнце. Лучи прорезали серые тучи и теперь падали на покрасневшие верхушки деревьев. Блестели в лужах на разбитом асфальте. И грели плечи Эбель, которая до сих пор подрагивала от холода, сидя на парах во влажной футболке. Кофта, кажется, осталась в одном из кабинетов. Наверное, сохла на спинке стула или валялась на полу.

Сегодня обещали подать шоколадные кексы, которыми она хотела угостить мисс Моретти.

Но шансы, что они останутся одиноко стоять на подносе, были невелики. Хоть студентов и было ничтожно мало (особенно для такого большого заброшенного собора), но уплетали они все так жадно и так быстро, что оставалось надеяться лишь на двух кухарок и их запасы еды.

Эбель, медленно обходя студентов, плелась за Соль и Яром, который, что удивительно, держал ее за руку и, нежно целуя, шептал что-то на ухо. Когда они успели сблизиться, Эбель не знала. Но сегодня вечером Соль точно прожужжит ей все уши про своего нового парня.

Расскажет, как же он красив, обаятелен, мил, умен — и остальные синонимы к фразе «Я влюбилась в него, как дура».

— Бель, тебе занять место? — Соль разорвала очередной поцелуй с Яром и обернулась.

— Нет, я не иду на обед. — Эбель уже хотела скрыться в толпе подальше от этой милой парочки, но врезалась в грудь Ноа, который выскочил из-за колонны.

Все теснились в узких коридорах, торопились в трапезную, кидались сумками через головы, прося занять столы, и толкались, чтобы первыми забрать самые красивые и лакомые кусочки еды.

— Меня ищешь, вишенка? — Ноа посмотрел на губы Эбель и, увидев бордовую помаду, облизнулся. — Так вот он я. Стою перед тобой и жду, когда же ты падешь в мои объятия.

— Не надейся, — оттолкнула его она.

— Да я и не надеюсь, — Ноа наклонил голову, и кудри упали ему на лоб, — ты нравишься моему другу, а я человек чести, знаешь ли. Чужое не трогаю.

Эбель закатила глаза, зная, что никому она не нравится. Кроме Ноа. Но чтобы нравиться Ноа, достаточно просто быть человеком с глазами, руками и ртом.