Как тогда… в гробу… Перед тем, как Эбель почти сдалась и проиграла в схватке со смертью.

— Это Эбель Барнс. Я буду признательна, если вы поможете ей тут освоиться.

От голоса Вуд Эбель затошнило. Вообще от любых звуков ей сейчас становилось хуже. Вот бы все просто замолчали. Вот бы…

— Мисс Барнс? — мужской баритон пронзил голову, словно тысячи острых иголок.

Стеклянная стена все-таки лопнула и, разлетевшись на невидимые осколки, вонзилась в тело Эбель. Эбель схватилась за виски и сдавила их так сильно, как только могла. Вчера она лежала в гробу, но, кажется, умрет сейчас — и не на кладбище, а в хреновом кабинете хренова криптолога.

— С вами… все… в порядке? — Мужской, смазанный от слез силуэт двинулся к Эбель, и солнечные лучи, до этого врезающиеся в его спину, обожгли ее лицо.

Ответить она не смогла, но, кажется, за нее все сказали позеленевшее лицо и покрасневшие глаза.

— Воды! Срочно!

Каждый звук причинял невероятную боль. Нестерпимую. Ужасную. Медленно убивающую."

"Я умру, я умру, я умру…

Слова разъедали мозг изнутри. Пытались достать воспоминания, напомнить о забытых днях, о матери и отце, о темноте под крышкой деревянного гроба. Они забирали Эбель в ад, в котором она должна была сгореть.

— У нее паническая атака, — догадался профессор.

«Закрой свой рот, хренов умник!» — разозлилась Эбель.

Она задыхалась. Царапала горло, спешно пытаясь расстегнуть трясущимися руками пуговицы на сарафане, и давилась слезами. Ноги предательски подкосились, но сильные руки поймали Эбель под локти, так и не дав упасть на пол. Ее усадили на стул, собрали волосы в хвост и принялись тыкать стаканом воды в лицо, но Эбель, кряхтя, хотела лишь набрать побольше воздуха в легкие.

Я умру, я умру… я…

— Все в порядке, милая! Все хорошо, — раздался рядом с ухом голос Вуд, и теплая рука легла на холодную грудь Эбель.

Горячая волна, словно электрический разряд, прошлась от кончиков пальцев ее ног до макушки и, остановившись в голове, медленно растеклась в ней патокой.

— Как ты? Пришла в себя? — медленно прошептала директор.

Она не отошла от Эбель и теперь гладила ее по спине, успокаивая.

— Дыши медленнее. — Мужчина, очень высокий и худой как палка, сел перед Эбель на колени. — Вдох, выдох… Вдо-о-ох, вы-ы-ыдох.

Эбель невольно повторила за ним.

— Что ты видишь за моей спиной? — спросил он.

— Окно… — все еще задыхаясь, ответила ему Эбель.

— И все? Кажется, там…

— Парты, стулья, стены, книги, — разозлилась Эбель. — Я не ребенок, меня не надо успокаивать таким тупым способом.

Тем временем дыхание приходило в норму.

— Сколько тебе лет?

— Девятнадцать. А вам?

— А мне побольше, чем тебе. — Профессор ухмыльнулся и вновь протянул стакан воды, который в этот раз Эбель приняла.