Эдвард подтолкнул меня к темной машине с заведенным мотором, притаившейся в закоулке справа от ворот. Почему-то он не захотел сесть за руль, а вслед за мной скользнул на заднее сиденье.

– Простите, – извиняющимся тоном проговорила Элис, – выбирать было особенно не из чего.

– Все в порядке, милая, – усмехнулся брат, – не на каждой стоянке найдешь «Порше-911 Турбо»!

Девушка вздохнула:

– Наверное, придется обзавестись такой игрушкой законным путем. Сказка, а не машина!

– Договорились, подарю на Рождество, – пообещал Эдвард.

Элис повернулась к брату, а я перепугалась: разве петляющую вниз по холму дорогу можно выпускать из вида? Особенно раз скорость уже набрали…

– Желтую! – попросила она.

Эдвард сжимал меня в объятиях. В его накидке так тепло и уютно! Более чем уютно…

– Попробуй заснуть, Белла, – прошептал он. – Все кончено…

Понятно, он имел в виду опасность и кошмары старого города, но в горле образовался неприятный комок, и, прежде чем ответить, я нервно сглотнула.

– Спать не хочу и совсем не устала. – Я соврала лишь наполовину. Закрывать глаза не хотелось: салон освещали только неоновые указатели приборной панели, однако этого было достаточно, чтобы разглядеть любимое лицо.

– Постарайся! – шепнул Каллен, прильнув губами к моей мочке.

Я покачала головой.

– Упрямство никуда не делось, – вздохнул Эд вард.

Упрямства мне точно не занимать: с его помощью я боролась с тяжелыми веками и выиграла."

"На темной автостраде было сложнее всего, зато очень помогли яркие огни аэропорта Флоренции, а также возможность переодеться и почистить зубы. Элис купила брату новую одежду, а серую накидку бросила в кучу мусора на одном из поворотов. Перелет в Рим оказался слишком коротким, и усталость не успела затянуть в сети, но я прекрасно понимала: путешествие в Атланту будет совершенно иным испытанием, и попросила у стюардессы колу.

– Белла! – зная мою чувствительность к кофеи ну, покачал головой Эдвард.

Элис сидела в соседнем ряду, и я слышала, как подруга шепчется по телефону с Джаспером.

– Не хочу спать, – напомнила я, а объяснение дала вполне реальное, потому что оно было прав дой: – Если закрою глаза, увижу то, что видеть не хочется. Кошмары замучают.

Больше Каллен спорить не стал.

В полете можно было вдоволь наговориться и получить ответы на все вопросы, интересующие и одновременно страшащие – я заранее содрогалась от того, что скажет Эдвард. Впереди столько свободного времени, и в самолете Каллену от меня не скрыться – ну, по крайней мере, скрыться непросто. Кроме Элис, нас никто не услышит: уже поздно, большинство пассажиров отключают свет и приглушенными голосами просят подушки.