Домофон, щелчок электрозамка, и я оказался в претенциозно обставленной приемной, напротив стойки, за которой сидела смуглая и скуластая, но очень симпатичная девушка, белозубо заулыбавшаяся навстречу.

— Добрый день, сеньор Руднев, — заговорила она, вставая. — Адвокат Паломарес как раз заканчивает встречу и сейчас вас примет. Хотите кофе или воды или чего-то другого?

В Панаме, как и во всей Латинской Америке, пунктуальность не считается одной из главных добродетелей делового человека. Мне надо было бы приехать позже, но этому я как раз научиться не могу, вечно прихожу вовремя или даже раньше, чем надо.

Привычка, которая вторая натура.

— Просто воды, Росио, — улыбнулся я в ответ. — Как поживаете?

— Прекрасно, сеньор Руднев! — Она заулыбалась еще лучезарней, а я между тем отметил новые часы «Булгари» у нее на руке.

Похоже, что с адвокатом Паломаресом у нее действительно все хорошо. Часы позволяют предположить, что Росио уже переросла статус секретарши и вполне подходит для положения «освобожденной любовницы», но тут, я думаю, палка о двух концах — станешь просто любовницей, и уважаемый адвокат возьмет новую секретаршу.

И кто знает, что он ей будет дарить и чем это все закончится. К тому же его жену тоже не следует сбрасывать со счетов.

Планшет, планшет помогает ждать. У меня в нем игры вроде «клондайка» и «маджонга», в нем SIM-карта и, соответственно, доступ в Интернет, в общем, без него было бы намного хуже. Поэтому я уже привычным и тренированным движением извлек его из сумки и включил. Росио принесла мне стакан воды со льдом на маленьком лаковом подносе, поставила его на кофейный столик рядом.

Когда она возвращалась к своему столу, я отметил, что зад у нее все же великоват, а ноги коротковаты. Впрочем, крупный зад здесь за недостаток не считается, про маленькие попы говорят, что она «no hace caca», то есть «не какает». У Росио с этим физиологическим процессом должно быть все хорошо.

Ждать, к удивлению моему, пришлось действительно недолго, минут десять, не больше. Дверь кабинета распахнулась, и оттуда вышел какой-то совсем пожилой благообразный сеньор, а за его спиной, жестами приглашая меня пройти к нему, стоял адвокат Паломарес.

Офис у него был как у любого преуспевающего адвоката, то есть просторный, уставленный дорогой тяжелой мебелью под старину, с многочисленными, совершенно не потрепанными томами законов на полках, дипломами в рамках и кубками за достижения в гольфе. Сам адвокат Паломарес убелен почтенными, хоть и довольно ранними, сединами, одет в пошитый портным костюм из тонкой шерсти, носит галстук от Маринеллы. Хоть сам он панамец, но выглядит как чистокровный испанец. Каким, наверное, и является.